ПСИХОЛОГИЯ

Что такое феноменология в психологии

Феноменология

Фрагмент монографии Поляков С.Э. Феноменология психических репрезентаций. — СПб.: Питер, 2011.

Наиболее удачным мне представляется следующее определение феномена:

Феномен (греч… «являющееся»). …Согласно традиции, восходящей к древнегреческой философии… под феноменом понимают данное в чувственном опыте явление вещи… которое подразумевает стоящую за ним сущность, недоступную чувствам и раскрываемую только в ходе… особого познания или же… непознаваемую. …В Новое время (у Локка, Беркли и Юма) появляется психологическое понятие феномена (явления). Феномен начинает мыслиться как данность сознанию во внешнем или внутреннем опыте ощущения, «идеи», перцепции. …По Канту, феномен — это предмет… явление вещи в доступных нам формах чувственного созерцания. …Феномену противопоставляется непознаваемый трансцендентный ноумен, то есть «вещь сама по себе» [Словарь философских терминов, 2004, с. 614].

И. Кант (1994) рассматривает феномены как чувственно воспринимаемые объекты или явления. Явление же для него — упорядоченная совокупность ощущений. Он пишет:

Явления, поскольку они мыслятся как предметы на основе единства категорий, называются phaenomena. …Вещи… как предметы рассудка, которые… могут быть даны в качестве предметов созерцания, хотя и не чувственного… можно называть noumena [с. 515–516].

Основоположник современной философской феноменологии Э. Гуссерль (2005) пишет:

…психологию называют наукой о психических, естествознание — наукой о физических «явлениях», или феноменах… в истории… говорят об исторических, в науке о культуре о культурных феноменах… Сколь бы различными ни был во всех таких речах смысл слова «феномен»… феноменология (имеется в виду феноменология Гуссерля. — Авт.) сопрягается со всеми этими значениями, однако при совершенно иной установке, посредством которой… модифицируется любой смысл «феномена»… В феноменологическую сферу он и вступает не иначе как модифицированный [с. 243].

Действительно, автор понимает феномен весьма специфично и заявляет о своем отказе рассматривать феноменологию «как нижнюю ступеньку эмпирической психологии». В. Вольнов (2008), рассматривая его позицию, тем не менее замечает:

Хотя Гуссерль называет свое учение феноменологией, понятие «феномен» так и остается у него неопределенным. Определенно можно сказать лишь одно: под феноменом Гуссерль понимает так называемые феномены сознания. …Отождествление феноменов с феноменами сознания Гуссерль унаследовал от Канта [с. 8].

Неужели не бывает феноменов помимо феноменов сознания? [С. 9.]

Феномены в понимании Э. Гуссерля — все же далеко не просто феномены сознания, по крайней мере вовсе не то, что рассматривает в качестве таковых классическая психология. Прочие исследователи относят к феноменам разный круг явлений. Одни исследователи сужают понятие феномен и, рассматривая его в плоскости сознания, отождествляют с психическим явлением:

Феномен — явление, данное нам в опыте чувственного познания, в отличие от ноумена, постигаемого разумом и составляющего основу, сущность феномена [Философский энциклопедический словарь, 1998, с. 477].

Другие расширяют его, отождествляя с тем, что репрезентируется этими психическими явлениями.

  1. В переводе с греческого означает явление, то, что появляется, следовательно, любое заметное изменение, любое явление, доступное для наблюдения. Это значение является очень общим и содержит два аспекта, каждый из которых представлен в следующих более ограниченных значениях.
  2. Физическое явление, факт, подтвержденное событие…
  3. Внутренний опыт, который сознается, данные личного опыта. Это значение отражено в позиции феноменологии.
  4. В терминах Канта — проявления знаний, событий или объектов, интерпретируемые через категории… [Большой толковый психологический словарь, 2001а, с. 414–415].

Е. Е. Соколова [2005, с. 13–22], например, в психологии выделяет шесть групп феноменов: сознательные и бессознательные психические явления, формы поведения, феномены общественных отношений, предметы материальной и духовной культуры и даже психосоматические явления. Такой расширительный подход, конечно, неприемлем, хотя бы в силу несопоставимости включаемых в эту классификацию сущностей, например сознательных психических явлений и предметов культуры. Кроме того, все без исключения перечисленные предметы, формы, отношения и даже сами психические явления репрезентируются в сознании человека в форме сознательных психических явлений, а потому могут и должны первично рассматриваться только в виде явлений или феноменов сознания.

Лично я пониманию феномен исключительно в психологическом, а не в философском смысле, как любое явление человеческого сознания: образ, ощущение, эмоцию, побуждение, даже вербальную конструкцию и др., как все то, что человек способен обнаруживать в своем сознании в процессе интроспекции и переживать. Психическое явление — то, что возникает в человеческом сознании. Следовательно, психическое явление — синоним психического феномена.

Обсуждая понятие феноменология 1 , Ж.-Ф. Лиотар (2001) замечает:

Этот термин означает исследование «феноменов», то есть того, что является в сознании, того, что «дано» [с. 7].

Я называю феноменологией учение о психических феноменах, или явлениях, и рассматриваю ее как раздел психологии. Как следует из сказанного, такая феноменология совершенно отлична, например, от феноменологии Э. Гуссерля и от других вариантов философской феноменологии, с которыми ее даже невозможно соотнести. Э. Гуссерль (2005) пишет, что его феноменология:

…это не психология, и что причисление ее к психологии исключается не какими-либо случайными разграничениями области и терминологически, но принципиальными основаниями [с. 19].

Он [2005, с. 20–21] справедливо указывает, что психология — это наука о «фактах» и «реальностях», тогда как «чистая трансцендентальная феноменология» — это наука, которая занимается «ирреальными феноменами». Редукция, которой подвергает психологические феномены автор, «очищает» их от того, что придает им реальность и включенность в реальный мир (там же). Более того, автор прямо говорит:

Охотнее всего я исключил бы обремененное тяжким грузом слово реальное, если бы только представилась какая-либо подходящая замена ему [с. 24].

Я же, напротив, рассматриваю реальные феномены нашей психики. Если Э. Гуссерль совершенно оправданно отказывался рассматривать свою феноменологию «как нижнюю ступеньку эмпирической психологии», то я именно так и рассматриваю собственные взгляды, излагаемые в данной книге. В то же время мне представляется, что психология и философия неразрывно связаны, поэтому предлагаемая мной психологическая феноменология не может остаться в стороне от философии.

Феномены — непосредственно данные нам явления нашего сознания, соответственно, феноменология, представленная в этой книге, — это рассмотрение данностей нашего сознания, описание его явлений и изучение того, что они собой представляют и как видоизменяются во времени.

В соответствии с гуссерлианской традицией феномены должны рассматриваться исследователями без учета каких-либо даже самых базовых вербальных знаний о них. Однако наше сознание устроено таким образом, что нам не удастся ничего описать и изучить, предварительно не поняв хотя бы как-то изучаемый феномен, то есть не смоделировав его с помощью других, как правило, вербальных феноменов нашего сознания.

1 Феноменология — это изучение сущностей… [М. Мерло-Понти, 1999, с. 5].

Феноменология — учение о явлении… [Философский энциклопедический словарь, 1998, с. 477].

Феноменология — это речь о феномене. Речь, призванная феномен раскрыть, показать его таким, каков он сам по себе… [В. Вольнов, 2008, с. 7].

Феноменологический метод, который предложил и использовал Э. Гуссерль, Ж.-Ф. Лиотар (2001) описывает так:

Нужно предоставить, без всяких предпосылок, кусочек воска самому себе и описать его так, как он себя дает [с. 7].

Тем не менее для того, чтобы описать кусочек воска, о котором говорит Ж.-Ф. Лиотар, надо предварительно выучить слова, то есть усвоить весь «багаж», созданный предшествующими поколениями, а это усвоение радикально изменит воспринимаемый и описываемый нами кусочек воска. Именно поэтому в психологической феноменологии невозможна гуссерлианская редукция.

© Поляков С.Э. Феноменология психических репрезентаций. — СПб.: Питер, 2011
© Публикуется с любезного разрешения автора

Источник

Феноменологический подход в практической психологии

В практической психологии феноменологический подход упоминается реже других. Поведенческий — на слуху, психоаналитический или психодинамический — нередко, когнитивный — знаем. А по факту, именно феноменологический подход в поле практической психологической психологии является наиболее распространенным, используется повсеместно. Фокус в том, что этот подход кажется настолько естественным, что мы его даже не замечаем.

Феноменологический подход – это подход, где главным является не поведение, а содержание воспринимающего и переживающего сознания: что я у себя в сознании вижу и как я это переживаю. Феномен — это и ощущение, и восприятие, и представление, и мысль.

Изначально феноменологический подход родился в недрах философии, его создатели — Ф.Брентано и Э.Гуссерль, однако в настоящее время получил настоящий расцвет в практической психологии: в гуманистическом подхода Карла Роджерса, в гештальт-терапии, НЛП, психосинтезе и многих других популярных подходах.

Феноменологическая парадигма в центр внимания ставит нашу внутреннюю жизнь: видение, ощущение, переживание, и все это именно как живо переживаемое, непосредственно ощущаемое, а не через объективно анализирующую голову, как чего-то причина и чего-то следствие. Важно, как все это проживается, о чем говорит и что напоминает.

Например, полтора часа фильма мы видим растерянного инфантила, не заботящегося ни о себе, ни о других. На взгляд делового человека — фильм пустой и депрессивный, а женщины его смотрят и плачут, смотрят еще раз, возвращаются и плачут. Как же им жалко главного героя, потерянного и несчастного! Душа отзывается на его одиночество и его страдания, душа вспоминает такую же неуют собственной жизни, душа ноет вместе с этим, так близким им, героем. Логически — пустота. Феноменологически — душевное богатство.

В феноменологическом подходе важно именно внутреннее, то что живет непосредственно в душе, а все внешнее (логика, объективные обоснования и социальная полезность) лишь в той мере, насколько связано с внутренним.

В этом смысле феноменологическое теснейшим образом связано психологическим. Психологическое — все то, что внутреннее, и при этом не имеет рациональных обоснований. То, что вдруг случается и происходит, хотя по логике и разуму этого быть не должно. «Во всем вроде бы разобрались, в голове все ясно — а в душе осадочек остался. » Или: «Я понимаю, что смерть неизбежна, но как мне это пережить?»

Логика, разумная обработка и умные выводы — не сюда, полезность и целесообразность — не из этого мира, в этом мире есть только чувство, ощущение и переживание.

Как сердцу высказать себя? / Другому как понять тебя? / Поймет ли он, чем ты живешь? / Мысль изреченная есть ложь.

Феноменология — это приоритет содержание индивидуального сознания: главное то, что именно я у себя в сознании вижу, ощущаю, и как я это переживаю. Или: как ты это видишь, как ты это понимаешь и переживаешь. Субъективное важнее любого объективного.

Тебе могут рассказывать, что ты объективно счастлив, но если рядом с тобой нет любимого человека и ты ощущаешь боль и пустоту, то что тебе до этой внешней, чужой тебе объективности?

Тебе рассказывают, что это человек хороший и подходящий, но ты чувствуешь, что это — не твое, ты его не любишь, душа не поет, сердце не екает. И ты против жить с этим человеком.

В феноменологическом подходе важно не объективное положение вещей, а то, что этот уникальный человек при этом чувствует, видит и думает; не собственно поведение, а стоящие за ним переживания, планы и намерения: содержание уникального воспринимающего и переживающего сознания. Когда психологи говорят о субъективности индивидуального восприятия, они переходят в феноменологическую парадигму.

Аутентичность, как понятие — яркое выражение феноменологического подхода. Музыкант импровизирует; он, и только он может говорить о том, является ли его импровизация аутентичной, удалось ли ему слить в единый процесс собственное бытие и процесс порождения нот, соединить «точку рождения» действия с «точкой осуществления» его. Слушая ту же импровизацию ретроспективно, он уже не может почувствовать, была ли она аутентичной, если у него не возникло ощущение «внутренней достоверности» в момент ее создания.

Если вы слышите от психолога: «Проблема есть то, что клиент переживает как проблему», это феноменологическая позиция. Если объективно не изменилось ничего, но для клиента нечто перестало быть проблемой – тут считается, что терапевт выполнил свою задачу. Если клиент теперь энурезом не мучается, а гордится — работа сделана[ref:1]. Терапевтическая сессия в гештальт-подходе обычно завершается вопросом терапевта: «Для вас вопрос закрылся?» Это вопрос не о выводах, не о поведении, не о физическом самочувствии клиента, это вопрос к субъективному переживанию бывшей проблемы. Разговоры с собственным бессознательным, изменение визуальных субмодальностей — типичные примеры феноменологического подхода. Феноменологический подход хорошо зарекомендовал себя в работе с метафорами. Анализ и конструирование метафор — действенное средство влияния на внутренний мир личности.

Феноменологический подход часто выступает как альтернатива поведенческому подходу, где главным является «что в поведении есть» и «что мы в поведении изменить хотим».

Случай из консультирования. Женщина разведена, пытается снова знакомится с мужчинами. Встретилась с одним — больше он ей не перезвонил. Встретилась с другим — то же самое. Ее запрос к психологу: «Я очень расстраиваюсь из-за этого, боюсь впаду в депрессию». Предложение психолога поработать с поведением, чтобы какими-то действиями, словами и интонациями не отпугивать мужчин, стать более привлекательной стало для нее откровением: «Я никогда об этом не думала. «

Опасности феноменологического подхода – прямое продолжение его сильных сторон. Свобода внутренних интерпретаций подталкивает клиента к фантазиям, никак не связанным с его реальной жизнью, вовлекает в самокопание и погружение в мир иллюзий.

Феноменологический подход дает больше возможностей, больше гибкости — поведенческий составляет опору и позволяет говорить об ответственности. То, что к тебе пришло как феномен из твоего внутреннего мира (или не пришло) — это вне твоей ответственности. Если же ты что-то сделал — или не сделал, за это отвечаешь ты. Огромные возможности перед психологами открывает личностно-деятельный подход, в котором мы говорим не только о внешне видимом поведении, но и о наших внутренних действиях. Именно наши внутренние действия: управляемое нами воображение, внутренняя речь, наши убеждения и рисунок нашего тела (тела, которым мы также можем управлять!) порождают большинство наших внутренних видений, наших эмоций и чувств. Наша личная феноменология может быть рукотворной. Если мы сделаем все, что нужно, к нам придет все то, что мы хотим!

Феноменологический и поведенческий подход

Противоположность феноменологическому — поведенческий подход. Поведенческий подход занимается действиями — физическими или логическими, он занимается поведением, внутренним или внешним. За поведенческим подходом стоит желание что-то сделать, изменить, произвести, это чисто мужской подход. За феноменологическим – почувствовать и пережить то, что есть, это подход женский. Поведенческий подход спрашивает «Что можно сделать?», как это произвести?, феноменологический – описывает то, что приходит само. А если спрашивает, то — когда это приходит само? Исследователь уточнит: при каких условиях это придет само? Феноменологический подход часто выступает как альтернатива поведенческой парадигме, где главным является «что в поведении есть» и «что мы в поведении изменить хотим». См.→

Феноменологический подход и психотерапия

«Феноменалистический подход в психологии (его иногда называют перцептивным или гуманистическим) в понимании человека исходит из впечатлений субъекта, а не из позиций внешнего наблюдателя, то есть как индивид воспринимает самого себя, какое влияние на поведение индивида оказывают его потребности, чувства, ценности, убеждения, только ему присущее восприятие окружающей обстановки. Поведение зависит от тех значений, которые в восприятии индивида проясняют его собственный прошлый и настоящий опыт. Согласно этому направлению, индивид не может изменить сами события, но может изменить свое восприятие этих событий и их интерпретацию. Именно это является задачей психотерапии: она не снимает проблему, по позволяет человеку, испытывающему психологические затруднения, взглянуть на себя по-новому и более эффективно справиться с той или иной ситуацией». — Роберт Бернс. Что такое Я-концепция

Самосовершенствование

В самосовершенствовании это подход от внутреннего к внешнему, от чувства к поведению.

Когда о своей неуверенности говорят женщины, они обычно имеют в виду чувство неуверенности, ощущение неуверенности. Если они хотят избавиться от неуверенности, они могут (словами) говорить о желании уверенно выступать перед публикой, уверенно держаться — вроде бы о поведении. При более внимательных распросах почти всегда оказывается, что на самом деле женщине важно ощущение уверенности, чувство победительницы — ей нужно внутреннее состояние. И для женщины понятно: есть будет нужное внутреннее состояние, у нее будет и соответствующее уверенное поведение. См.→

Подходы (направления) в практической психологии, основывающиеся на феноменологической парадигме

Практически полностью в феноменологической парадигме — гуманистический подход, гештальт-подход и психосинтез, расстановки по Хеллингеру. НЛП и синтон-подход только включают в себя элементы феноменологического подхода. См.→

Здесь же подход психогигиены, когда вместо поведенческих изменений происходит вентиляция эмоций либо простое забалтывание проблемы.

Источник

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть