ОТНОШЕНИЯ

Экономические отношения в эпоху разделения труда

Ii. Эпоха разделения труда раздел I

§ 2. Экономические отношения в эпоху разделения труда

Изучая эпоху до разделения труда, мы пришли к выводу, что в неразделенном первобытном продукте имелись моменты базовости и пионерности. Изменяется ли что-нибудь в эпоху разделения труда? Да, изменяется. Коли появились специализация и концентрация, то, соответственно, появились специалисты, концентрирующиеся на производстве базовых продуктов, и специалисты, концентрирующиеся на производстве пионерных продуктов. Теперь существуют отдельно базовые и отдельно пионерные продукты, и функции их производства жестко закрепляются за соответствующими группами людей. Если это так, то мы вправе говорить о появлении базового и пионерного секторов хозяйства.

Разделение труда идет как внутри базового сектора, так и внутри пионерного. Но основной путь разделения труда это: а) отпочковывание от базового сектора нового пионерного продукта; б) его развитие; в) превращение в базовый продукт; г) отпочковывание нового пионерного продукта. В результате общая система разделения труда становится все сложнее и сложнее.

Появление специализированного базового и специализированного пионерного секторов отражает объективное изменение продукта в эпоху разделения труда. Но и с субъективной стороны продукт меняется не менее фундаментально. В эпоху до разделения труда экономическое поведение человека управляется комплексом могущества (удвоенным в себе) и комплексом ничтожности (тоже удвоенном).

Комплекс могущества, как Вы помните, фиксирует в бессознательном человека момент слитости производства и потребления (господство над производством и потреблением). Однако в эпоху разделения труда этому, пусть примитивному, но господству приходит конец. Специализированное производство все больше отрывается от потребления. Специалист становится жалким винтиком в гигантской машине разделенного труда. Поэтому ощущение могущества все больше дополняется ощущением ничтожности. Человек господствует, но господствует только над специализированным продуктом, предметом его специализации. По отношению же к продукту вообще — он полное ничтожество. Это внедрение ничтожности в могущество трансформирует комплекс могущества, присущий первобытному человеку, в комплекс лидера у человека эпохи разделения труда. Комплекс лидера побуждает человека стремиться быть первым среди производителей специализированных продуктов.

Противоположный комплекс ничтожности, как излагалось ранее, является результатом чувства беспомощности человека, связанного с разорванностью процессов производства и потребления. Этот комплекс также модифицируется в процессе разделения труда. Подчиняя себе силы природы, человек все больше гарантирует себе нормальный переход производства в потребление и обратно. Поэтому чувство ничтожности начинает дополняться чувством могущества. Включение чувства могущества в комплекс ничтожности трансформирует комплекс ничтожности в комплекс аутсайдера. Человек, в случае кризиса, чувствует себя не изгоем, обреченным на смерть, а существом, которому другие люди гарантируют хотя бы жизнь, но это будет жизнь аутсайдера.

Комплекс могущества был удвоен на комплексы могущества могущества и ничтожности могущества. Точно также, комплекс лидера удвоен на комплексы лидера как лидера и аутсайдера как лидера. Комплекс аутсайдера, со своей стороны, удвоен на комплексы аутсайдера как аутсайдера и лидера как аутсайдера (схема 5.1).

Собственники средств производства

Аутсайдеры как лидеры

Несобственники средств производства

Аутсайдеры как аутсайдеры

Лидеры как аутсайдеры

Схема 5.1. Структура субъективного продукта эпохи

Схема 5.1 показывает, что в нормально организованной экономике эпохи разделения труда субъективная структура продукта должна дополнять и соответствовать объективной. Только в этом случае между экономическими субъектами формируются адекватные экономические отношения.

Освоение новых продуктов хозяйственной системой требует постоянного перераспределения ресурсов из базового сектора в пионерный. Пионерные продукты по мере их освоения становятся базовыми и постоянно повышают продуктивность базового сектора. Однако столь же постоянно возникают новые пионерные продукты, и процесс перераспределения ресурсов оказывается бесконечным.

Каково экономическое устройство всего этого процесса? Ведь продукты в указанных секторах сами собой не возникнут и базовые избыточные ресурсы просто так в пионерный сектор не перетекут.

Мы уже установили, что моменты базовости и пионерности, по-разному сочетаясь между собой и с делимостью продукта, порождают в эпоху до разделения труда отношения зачаточной товарности и планомерности.

В эпоху разделения труда, когда возникает кооперация между специализированным базовым и специализированным пионерным секторами, эта кооперация принимает формы все более развивающейся товарности и планомерности, которые в развитом виде суть рынок и план.

Рассмотрим ситуации, представленные на рис. 5.1.a и 5.1.b. * Чем они отличаются?

Фундаментальное отличие состоит в том, что на рис. 5.1.b пионерный сектор (NEβ’K) по отношению к базовому (OαEN) оказывается маленьким. Допустим теперь, что, представленная на рис. 5.1.b хозяйственная система, это сообщество индивидуальных частных собственников (субъекты на оси абсцисс), реализующих свои экономические интересы посредством торговых сделок. Тогда производители пионерных продуктов должны продать их в базовый сектор экономики по ценам, которые обеспечат им возмещение затрат и получение нормальной прибыли. Предположим, что на Oβ единиц затрат нормальная прибыль будет βL единиц. Тогда получается, что производителям пионерного сектора для существования в качестве индивидуальных частных собственников необходимо за счет цен возместить часть затрат в размере Eβ’α’ и получить прибыль в размере ECMβ’.

Рис. 5.1. Структурные условия возникновения плана и рынка

Если в рассматриваемой хозяйственной системе уровень цен будет таким, что выручка установится на уровне LM, то интересы всех субъектов (S) будут реализованы. Субъекты базового сектора, расположенные на отрезке OB, возмещают затраты (OβAB) и получают нормальную прибыль (βLFA). Субъекты пионерного сектора на отрезке NK, продав свои товары, тоже возместили затраты и получили прибыль. Некоторое недоумение могут вызывать хозяйства расположенные на отрезке BN. Они, с одной стороны, относятся к базовому сектору, но, с другой, при уровне выручки LM получают часть прибыли (FCE) за счет своих же коллег из базового сектора. Дело в том, что наклон прямой αα’ свидетельствует, что все субъекты S имеют производства разной степени базовости и пионерности. На отрезке BN расположены собственники, которые уже базовые, но еще немножко пионерные, поэтому, если они реализуют свою продукцию по стоимости, то прибыль получают, но ниже нормальной. Отсюда необходимость частичного перераспределения ресурсов.

Можно заключить, что торговая сделка оказалась тем инструментом, который обеспечит необходимое перераспределение ресурсов базового сектора в пользу пионерного. Базовый сектор потерял ресурсы в размере LαF, пионерный и полупионерный получили в размере FМα’. При этом хочется специально подчеркнуть, что и субъекты, потерявшие ресурсы, и субъекты, их получившие, имеют нормальную прибыль на вложенный капитал. То есть, они могут существовать как индивидуальные частные собственники. Такая ситуация возможна потому, что базовый сектор на рис. 5.1.b существенно больше пионерного. В результате, избыточных ресурсов базового сектора достаточно и для обеспечения субъектов пионерного сектора и для сохранения нормальной прибыли в самом базовом секторе.

Главный вывод, который следует из проделанного анализа состоит в том, что основным условием формирования рыночных цен и индивидуальной частной собственности является определенная пропорция между базовым и пионерным секторами экономики. То есть, конечной причиной формирования и успешного функционирования рыночной хозяйственной системы является материальная структура экономики.

Теперь увеличим удельный вес пионерного сектора так, как это изображено на рис. 5.1.a. Пропорция между секторами изменилась таким образом, что теперь для поддержания пионерного сектора в заданном размере (NEβ’α’) необходимо изъятие всех избыточных ресурсов базового сектора (βαE=Eβ’α’). Возникает вопрос, если мы в данной ситуации захотим перераспределить избыточные ресурсы базового сектора посредством механизма торговых сделок, каков будет уровень цен? Нетрудно увидеть, что в данном случае уровень цен будет таким, что выручка совпадет с издержками (линия LM совместится с ββ′ на рис. 5.1.a) и ни один частный собственник не получит прибыли, что невозможно как устойчивое явление. Следовательно, при такой пропорции между базовым и пионерным секторами механизм торговых сделок, т.е. рынок, невозможен.

Но если общество считает необходимым поддержание именно такой пропорции между секторами, то какой экономический механизм может обеспечить воспроизводство данной структуры хозяйства? Логично предположить, что, когда индивидуальные частные собственники не в состоянии выполнять функцию такого воспроизводства, должны появиться иные собственники, которые смогут с этой задачей справиться. Таким единым частным собственником является государственная бюрократия.

Задача бюрократии как раз и состоит в том, чтобы изъять избыточные ресурсы базового сектора (βαE) и перераспределить в пользу пионерного сектора (Еβ’α’). Хочется специально обратить внимание на принципиально важный момент. Индивидуальных частных собственников, поведение которых иллюстрирует рис. 5.1.b, интересовали цены на их продукцию. Именно уровень цен определял возместят ли они затраты и получат ли прибыль. Бюрократию же (рис. 5.1.а) интересуют не цены, а объемы ресурсов, которые надо изъять из базового сектора и перераспределить в пионерный. То есть, мы получаем экономическую переменную противоположную цене, а именно — объем.

Предположим, что сначала бюрократия пытается осуществить снабжение пионерного сектора путем налогов и дотаций, сохраняя при этом и частных собственников и свободные цены. Однако, как следует из предшествующего анализа ситуации, представленной на рис. 5.1.а, при помощи налогов придется изъять всю прибыль у производителей базового сектора. Дотации хозяйствам пионерного сектора тоже не обеспечат им прибыли. Отсюда производители базового сектора, пытаясь избежать поборов, начнут: а) снижать или скрывать объемы производства б) завышать цены на свою продукцию. Субъекты пионерного сектора, пытаясь получить побольше ресурсов, аналогично начнут снижать объемы производства и завышать затраты.

В итоге, объем базовых ресурсов, поступающих в распоряжение бюрократии, сократится, а потребность в ресурсах со стороны пионерных производств возрастет. Это неизбежно повлечет за собой сокращение пионерного сектора, а мы специально оговорили, что бюрократия должна сохранять объемы базового и пионерного секторов такими, какими они изображены на рис. 5.1.а.

Чтобы реализовать эту цель бюрократия ликвидирует индивидуальных частных собственников и фиксирует цены на уровне, который обеспечивает всем субъектам нормальную выручку (ββ’) (рис. 5.1.а). Фиксированные цены утрачивают свою стимулирующую и регулирующую функции и превращаются в счетные величины.

Используя эти счетные величины, государство (экономический центр) определяет нормы производства и потребления для субъектов базового сектора и нормы производства и потребления для пионерного сектора. Теперь, если имеются данные о количестве и мощностях базовых и пионерных субъектов и нормы производства и потребления, можно определить необходимые объемы производства и потребления базовых и пионерных продуктов. Эти объемы выражены в твердых ценах и сбалансированы между собой (табл.5.2).

Плановые балансы по базовым (Б) и пионерным (П) продуктам

Источник

[njwa_button id="1161"]
Показать больше

Похожие статьи

>
Закрыть
Adblock
detector