ПСИХОЛОГИЯ

Эксперименты вундта по психологии

Ужасные психологические эксперименты: реальные факты из истории
Анастасия Шавырина, 2020

Эксперименты позволили человеку обосноваться и понять свое место в этом мире. Мы достигли всего опытным путем, путем проб и ошибок, дорогой разочарований и невероятных успехов. Эксперимент затрагивает взрослых и детей, людей и животных. Он следует за нами везде, во всех областях нашего существования, на всех этапах истории. Изготовление орудий труда, приручение диких животных, поиск съедобных растений или путешествия к неизведанным землям – не эксперимент ли для древнего человека? Но если окружающий мир изведан, что остается изучать? Верно, нашу психику. В этой книге описываются психологические эксперименты, которые отечественными авторами еще не доносились до широкой публики. Вы наверняка слышали про знаменитый Стэнфордский тюремный эксперимент, когда обычным людям предложили «поиграть» в надсмотрщиков и заключенных, и что из этого вышло, но слышали ли вы про Зефирный эксперимент? Что кроется под «выученной беспомощностью»? Знаете ли Вы, почему животные массово погибают в идеальных условиях жизни? Прочитав про эксперимент о белом медведе, сможете ли не думать об этом? А сможете ли растить ребенка вместе с обезьяной? Вопросы, который поднимает автор, – этика и гуманность психологического эксперимента, трансформация его целей спустя много десятилетий, служба на благо человечества… Или все-таки скандальные ошибки ученых?

Оглавление

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Ужасные психологические эксперименты: реальные факты из истории предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Годы проведения: с 1879 года

Руководитель эксперимента: Вильгельм Вундт (1832–1920 гг.)

У психологии, как и у любой другой науки, есть свои истоки: самые первые труды, первые специалисты, первые попытки выделить закономерности и определить стандарты. И в самом ее начале будет возвышаться величественное здание Лейпцигского университета с кабинетом, доской на стене и метрономом — первым техническим инструментом для измерения свойств нашего сознания. В кабинете будут находиться студенты (среди которых наш знаменитый Иван Петрович Павлов), испытуемый и сам Вильгельм Максимилиан Вундт.

Заслуги Вундта трудно переоценить. Он отдал науке свои исключительные знания, став отцом современной психологии. Несколько его работ, например, «Принципы физиологической психологии», являются классическими и фундаментальными трудами в области психологии. Вундт работал во многих отраслях знания: публиковал работы по философии, психологии, физике, физиологии. Необъятность опубликованных им трудов за всю продолжительную 65-летнюю научную карьеру такова, что трудно построить единую схему его деятельности, определить внутреннюю концепцию ученого, воссоздать ход его мыслей. В честь этого выдающегося человека назван астероид Вундция, открытый в 1907 году.

Вильгельм был четвертым ребенком в семье лютеранского священника и его жены Мари. Дедом Вундта по отцовской линии был Фридрих Питер Вундт, профессор географии и пастор. Вундту очень повезло родиться в правильное время и в правильном месте. Он рос в период, когда инвестирование капиталов в развитие образования, медицины и технологий стало обычным явлением. До 1856 года он обучался в Тюбингенском, Берлинском и Гейдельбергском университетах. Получив диплом по медицине в Гейдельберге, Вильгельм недолго учился у Иоганна Мюллера и вскоре стал сотрудником университета — ассистентом выдающегося физика и физиолога Германа фон Гельмгольца. В 32 года он стал доцентом по антропологии и медицинской психологии, опубликовав учебник по физиологии человека. В это время он начал писать крупные работы и статьи и женился на Софи Мау — старшей дочери профессора богословия в Киле. У них родилось трое детей: Элеонора, во многих отношениях ставшая помощницей своего отца, Луиза-Лилли и Макс Вундт, который пошел по стопам отца и стал профессором философии.

С 1875 года Вундт служил профессором философии в Лейпцигском университете, где у Эрнста Генриха Вебера и Густава Теодора Фехнера он начал исследования в области сенсорной психологии и психофизики. Вундт всегда скромничал и называл отцом экспериментальной психологии именно Вебера, считая, что ему просто удалось организовать то, о чем говорил Вебер. Но, так или иначе, именно Вундт в 1879 году в Лейпцигском университете открыл первую в истории лабораторию, посвященную исключительно психологическим исследованиям, и это событие ознаменовало официальное рождение психологии как самостоятельной области науки. В новой лаборатории работали аспиранты, проводящие исследования по темам, заданным Вундтом, а вскоре она привлекла молодых ученых со всего мира, стремившихся узнать о новой науке, разработанной Вундтом.

Многие из демонстраций Вундта проходили непосредственно в этой лаборатории из-за неудобства транспортировки его оборудования между лабораторией и классной комнатой. Вундту удалось собрать в лаборатории новейшее оборудование того времени: тахистоскопы, хроноскопы, маятники, электрические устройства, таймеры и сенсорные устройства отображения. Для того, чтобы работать с этими приборами, снимать показания, проводить настройку в процессе эксперимента ему требовалось много талантливых рук. С 1885 по 1909 у ученого было 15 помощников. С 1879 года его лаборатория выросла и охватила в общей сложности одиннадцать помещений. Психологический институт в итоге переехал в новое здание, которое Вундт спроектировал специально для психологических исследований.

В период с 1875 по 1919 года Вильгельм Вундт стал руководителем огромного количества соискателей докторских диссертаций. Среди 184 его аспирантов было 70 иностранцев, в том числе из России. Несколько учеников Вундта сами стали выдающимися психологами.

А теперь вернемся в лабораторию Вундта и попробуем представить хотя бы некоторые из таинственных и важных экспериментов, подаривших нам знания о науке. Эти эксперименты не были ни интересными, ни зрелищными. В основном они проходили с помощью метронома. С ним Вундт легко и изящно исследовал свойства сознания. Ученый пытался измерить объем сознания, указывая на это в своих многочисленных работах. Его интересовало, сколько простых, «элементарных» впечатлений может уместиться в сознании человека одновременно. Этим «впечатлением» был щелчок метронома. Испытуемому в лаборатории демонстрировали два одинаковых ряда звуков, издаваемых с небольшим промежутком. Испытуемые должны были определить, одинаковые ли это звуки. Оказалось, что удары метронома воспринимались как разные звуки — наподобие тиканья часов: «тик-так». Хотя, конечно, никакого «тик» и «так» этот прибор не издавал — все его щелчки были одинаковыми.

Затем ученый организовывал звуки в пары. При этом можно было бы сравнить между собой ряды, состоящие в среднем из восьми пар. Но не больше восьми, ведь тогда ряды звуков переставали бы восприниматься, как единое целое. Вундт решил, что открыл предельный объем сознания. Разумеется, испытуемым разрешили считать стимулы. Стимулом в психологии называется некоторый побудительный момент, внешний фактор, вызывающий у человека некоторую реакцию. В данном случае стимулами являлись звуки. При этом их надо было просто слушать и воспринимать каждый ряд целостно. Затем, в его последующих опытах выяснилось, что если звуки могли группироваться и дальше, то человек был способен воспринимать пять тактов по восемь звуков как целостный ряд. Вундт объяснил это феноменом «ритмичности» сознания — тенденции к образованию групп из отдельных элементов.

Пойдя дальше, Вундт исследовал то, что впоследствии было названо «кратковременной памятью». Тот факт, что сознание формирует информацию и стимулы (в данном случае звуки) в более крупные единицы, никому не давал покоя. По мнению ученого, именно благодаря этому феномену человек способен в том числе и понимать речь: предложения, состоящие из слов, которые, в свою очередь, состоят из отдельных звуков, непроизвольно воспринимаются, как единое целое. Именно поэтому, как выяснилось, гораздо легче учить стихотворения, нерифмованная часть которых умещается в семь-восемь слов. Результаты Вундта о кратковременной памяти, это семь плюс-минус два — именно тот объем информации, который мы воспринимаем и обрабатываем быстро, качественно и без лишних усилий. Благодаря Джорджу Миллеру, выпустившему в 1956 году статью, которая описывала копии экспериментов Вундта о кратковременной памяти, выводы Вундта стали использоваться рекламщиками, копирайтерами, дизайнерами интерфейсов. Родилось правило — не более семи слов в рекламном слогане, не более семи элементов в презентации. Семь плюс-минус два — и внимание любого человека будет приковано к вам.

Вот еще один любопытный эксперимент Вильгельма Вундта. Он разрабатывал специальные приборы, изучающие возможности психики человека, предлагавшие ему на несколько миллисекунд какую-либо информацию. И вот, в лаборатории испытуемому на несколько миллисекунд предъявляют слово, написанное каким-либо цветом, и просят сказать, что он видел. Испытуемый называет слово. Его спрашивают: «А каким цветом оно было написано?» Ответ: «Не помню». Получается, что он смог за миллисекунды прочесть слово, написанное, допустим, красным цветом, но не увидел его цвет? Ученый понимал, что испытуемый не мог вообще не видеть цвет, тогда он не прочел бы слово. Но он просто не мог вспомнить.

Тогда установка менялась, испытуемый получал инструкцию: «В следующий раз обрати внимание, какого цвета слово». Ему показывают новое слово, написанное другим цветом, и он называет этот цвет. Его спрашивают: «А какое было слово?», и он говорит: «Не помню». Но ведь это значит, что человек перед тем, как смотреть представленное на несколько миллисекунд слово, настраивает себя определенным образом: видеть ли ему цвет или читать слово. Одно из двух, на все не хватит внимания.

Таким образом, стало понятно, что неосознаваемый процесс направления внимания на определенный стимул, не работает. «Возникают некоторые установки, — говорил Вундт, — которые мы не осознаем». Ведь человек видит оба стимула, помня при этом: он что-то видел, но забыл. А может быть, это просто знание о том, что он видел?

Лаборатория Вундта подарила психологам всего мира точку отсчета, начало начал. В скором времени это начало превратилась в первый в мире институт экспериментальной психологии, а его студенты успешно создавали психологические лаборатории не только в Европе, но и за океаном. Наибольшую популярность при жизни Вундт приобрел в России. Именно на русском языке вышло больше всего переводов Вундта, а в 1912 году в Москве появилась точная копия его лаборатории. Существует много форм критики психологии Вундта, его психологии апперцепции, его теории мотивации, его версии психофизического параллелизма с понятием «ментальной причинности», его опровержения психоаналитических предположений о бессознательном или его критического реализма. Но все дело заключается в том, что Вундт в значительной степени игнорировал те области психологии, которые он находил менее интересными, такие как дифференциальная психология, детская и педагогическая психология. В его культурной психологии нет эмпирической социальной психологии, но все потому, что в то время еще не было методов ее исследования. И конечно, со временем, психологическая наука ушла далеко вперед, а влияние результатов Вундта на современные исследования многие эксперты начали ставить под сомнение. Они требуют проверки, пересчета, коррекции. Но мы бы не нуждались в поиске новых знаний, если бы не имели старых.

Georg Lamberti. Wilhelm Maximilian Wundt. Leben, Werk und Persönlichkeit in Bildern und Texten. — Deutscher Psychologen Verlag, Berlin, 1995.

Georg Lamberti. Wilhelm Maximilian Wundt. Leben, Werk und Persönlichkeit in Bildern und Texten. — Deutscher Psychologen Verlag, Berlin. — 1995.

Horst-Peter Brauns (Herausgeber). Zentenarbetrachtungen: Historische Entwicklungen in der neueren Psychologie bis zum Ende des 20. Jahrhunderts (Beiträge zur Geschichte der Psychologie, Band 19) (Deutsch) Taschenbuch — Peter Lang GmbH: Internationaler Verlag der Wissenschaften. — 252 Seiten

W. Wundt. Das Institut fur experimentelle Psychologie. In Die Institute und… an der Universitdt Leipzig. — Leipzig: Hirzel, 1909. — pp. 118–133.

Wolfram Meischner, Erhard Eschler. Wilhelm Wundt. — Leipzig, Jena, Berlin: Urania, 1979. — 108 s.

Борисова И. В. Вундт / И. Борисова // Новая философская энциклопедия. Т. 1. — Москва, 2000.

Вундт Вильгельм // Большая советская энциклопедия: [в 30 т.] / под ред. А. М. Прохоров — 3-е изд. — М.: Советская энциклопедия, 1969.

Нил Карлсон, Дональд С. Хет. Психология Наука Поведения. — Pearson Education Inc., 2010.

Том Батлер-Боудон: 50 классиков психологии. — М.: Эксмо, 2018. — 490 с.: илл. — ISBN: 978-5-699-53409-8

Источник

В.Вундта

Как мы говорили в предыдущем параграфе, к концу XVII в. в работах многих мыслителей складывается обоснованное мнение, что непосредственным предметом эмпирического исследования в психологии должны быть явления сознания, тогда как вопросы о сущности души (существование которой признавали и Р.Декарт, и Дж.Локк) не имеют значения для эмпирического изучения психических процессов. Главным (а может быть, даже единственным) методом их изучения был метод «внутреннего восприятия» того, что происходит у человека в его собственном уме, рефлексии, или интроспекции, как стали говорить впоследствии. При этом любой психический процесс считался в интроспективной психологии осознанным (Дж.Локк не мог себе представить, что человек, ощущающий что-либо, может не знать об этом ощущении, т.е. не осознавать его, не отдавать себе в нем отчета). Эта общая

‘ Разведение в сознании (и в психике вообще) двух его сторон — образной и процессуальной (деятельностной) — принадлежит к фундаментальнейшим положениям психологии как науки.

позиция разделялась всеми сторонниками интроспективной психологии, несмотря на различия (иногда довольно существенные) конкретных психологических концепций разных авторов внутри этого направления, которое стало в психологии господствующим вплоть до начала XX в. Именно в рамках интроспективного направления были предложены две ставшие наиболее известными программы построения психологии как самостоятельной науки. Эти программы были выдвинуты практически одновременно в Германии В. Вундтом и в Австрии Ф. Брентано.

Отделение психологии от философии и других наук было подготовлено развитием эмпирических и экспериментальных исследований физиологии нервной системы и органов чувств, попытками измерения (пусть даже косвенного, как это было у Г. Т. Фех-нера) некоторых параметров психических процессов и др. [33], [143]. Конечно, это отделение было не одномоментным событием, однако существует условная дата рождения психологии как самостоятельной науки. Это 1879 год — год появления в Лейпциг-ском университете первой в мире лаборатории экспериментальной психологии. Эта лаборатория была открыта немецким физиологом, философом и психологом Вильгельмом Вундтом(Wundt, 1832—1920), который организовал ее работу на основе предложенной им программы построения психологии как самостоятельной науки (обнародованной в 1873—1874 гг.) и создал большую психологическую школу, в которой обучались и воспитывались будущие психологи разных стран мира (Э.Титченер, С. Холл, О.Кюльпе, Ф. Крюгер, Э. Мейман, Г. Мюнстерберг, Н.Н.Ланге и др.). Знаменитый советский физиолог, психиатр, невролог и психолог В. М. Бехтерев также учился в свое время у В. Вундта.

Эта программа базировалась на самой распространенной в интроспективной психологии точке зрения на сознание как «совокупность сознаваемых нами состояний» (т. е. на первый план выходило понимание сознания как «картины мира», как «образа»). Именно так (как совокупность сознаваемых состояний) определял сознание В. Вундт в одной из своих работ. Он считал, что психология как наука о сознании должна решать следующие задачи: 1) описание свойств сознания, 2) выделение структурных составляющих сознания (элементов сознания), 3) установление связей между элементами, 4) нахождение законов психической жизни. Для решения этих задач он использовал эксперимент, однако введение экспери-

мента не только не исключало интроспекцию, а, напротив, предполагало строго контролируемое ее применение.

Для иллюстрации приведем несколько экспериментов В.Вундта [16]. В качестве экспериментального прибора он использовал хорошо известный музыкантам метроном. В. Вундт установил ряд свойств сознания, используя самонаблюдение испытуемого, который должен был описывать субъективные переживания, возникающие у него при слушании звуков метронома. Во-первых, он обратил внимание на то, что трудно слышать удары маятника метронома одинаковыми по силе (хотя объективно они совершенно одинаковы), что условно может быть передано словами «тик-так» или «так-тик». В результате этого эксперимента В. Вундт сделал вывод, что сознание ритмично по своей природе.

В другом эксперименте он определил так называемый объем сознания. Испытуемому предъявлялся ряд ударов метронома, следовавших друг за другом с интервалом в 1 — 1,5 с, и спустя очень небольшое время после него — новый ряд ударов. Испытуемый должен был по непосредственному впечатлению (не считая числа ударов) сказать, одинаковы данные ряды или какой-либо из них длиннее. Как правило, если число ударов в каждом из рядов не превышает шестнадцати (воспринимаемых при обычных условиях как восемь пар) звуков («тик-так» или «так-тик»), тождество или различие рядов по длине замечается испытуемым. При большей величине рядов испытуемый затрудняется с определением равенства или неравенства рядов по длине. Значит, констатировал В. Вундт, мы измерили объем сознания, равный количеству элементов, которые субъект может осознавать как единое целое за один акт перцепции (т.е. восприятия). В упомянутых экспериментах В. Вундта этот объем был равен восьми парам звуков. Если «укрупнить» единицы сознания при некотором усилии со стороны субъекта (единицей сознания может выступить не пара звуков, а восемь), то общее количество звуков, осознаваемое как единое целое, увеличивается до 40.

В. Вундт установил, что содержащиеся в сознании элементы не осознаются одинаково: одни из них воспринимаются более ясно и отчетливо, чем другие. Ясность впечатления означает его «субъективную» силу, отчетливость — отличие от других. Если слушать подряд удары метронома, то можно заметить, что наиболее ясно воспринимается только что прозвучавший удар, менее ясно и отчетливо — предыдущие удары, а некоторые из них прозвучали настолько давно, что впечатление от них уже исчезло из сознания испытуемого. Используя термины других исследователей (в частности, Г.Т.Фехнера), В.Вундт говорил о том, что это впечатление «погрузилось под порог сознания». Что такое отчетливость впечатления — на этом примере трудно продемонстрировать, поскольку звуки метронома объективно ничем друг от друга не отличаются. А вот если взять такие объективные раздражители, которые имеют различия, тогда можно попробовать изучить, как могут отличаться друг от друга соответствующие им субъективные впечатления по степени их отчетливости.

Для исследования В.Вундт использовал прибор под названием та-хистоскоп (от греч. tachiste — как можно скорее и scopeo — смотрю), с помощью которого испытуемому предъявлялась табличка из букв на

очень короткое время. Сначала испытуемый смотрел на белую ширму, в середине которой была точка — на ней испытуемый должен был сосредоточить свое внимание. Затем на очень короткое время ширма сдвигалась. Внимание испытуемого направлялось на табличку из букв, а затем ширма вновь закрывала эту табличку. Сколько букв может испытуемый различить при одном акте апперцепции (акте сосредоточения внимания на объекте)? Оказалось, что количество букв, которые субъект может воспринять так, чтобы при этом каждая из них осознавалась ясно и отчетливо (т.е. распознавалась испытуемым, а не просто виделась), довольно небольшое — выше шести это число не поднималось.

С помощью данной процедуры В. Вундт определил объем внимания, который гораздо меньше, чем объем сознания. Анализируя далее внимание, он констатировал, что фиксационная точка внимания (т.е. точка максимального сосредоточения внимания) не совпадает с точкой фиксации взора (т.е. человек может смотреть на одну точку или букву, а обращать внимание на другую).

Все эти моменты находят отражение в предложенной В. Вунд-том модели сознания (рис. 4). Сознание может быть представлено в виде двух концентрических окружностей с точкой посередине (центром окружностей). Этот центр — фиксационная точка внимания. Концентрическая окружность поменьше — поле внимания, отграниченное от более широкого поля — поля сознания — порогом внимания. Большая окружность — поле сознания, ограниченное порогом сознания. Те содержания, которые не «помещаются» в сознание, выходят за его порог и перестают существовать не только как осознаваемые, но и как психические явления. Таким образом, В. Вундт разделял общую позицию интроспективной психологии в том, что нет никаких психических явлений, которые не осознавались бы. В подобной модели сознание предстает в виде сцены, которая имеет круглую форму и в целом освещена (в центре в большей степени, чем по ее краям). На эту сцену поднимаются и с нее сходят различные содержания сознания — элементы сознания и более сложные образования, составленные из элементов. Попадая в более освещенное поле, содержания сознания попадают в поле внимания, т.е. становятся воспринимаемыми субъектом более ясно и отчетливо, чем другие содержания сознания. Элементами сознания В. Вундт считал ощущения и простейшие чувствования — так он называл элемен-

Рис. 4. Модель сознания, по В. Вундту

тарные эмоциональные явления (удовольствие — неудовольствие, напряжение — разрядка, возбуждение — успокоение). Каждый элемент имеет два свойства: качество и интенсивность.

Ученик В. Вундта Эдвард Брэдфорд Титченер(Titchener, 1867—1927) помимо ощущений’ и чувствований считал элементами сознания еще и представления («следы прежних ощущений»). Он предлагал более строгий метод интроспективного анализа — метод аналитической интроспекции. При этом типе интроспекции испытуемый должен был научиться выделять сенсорную мозаику сознания, не совершая «ошибки стимула», которая очень характерна для «наивных испытуемых» и не должна появляться у настоящих профессиональных психологов, исследующих сознание как сумму сознаваемых нами состояний.

Согласно Э.Титченеру, ошибка стимула означает, что наблюдатель вместо описания состояний собственного сознания начинает, как правило, описывать внешний объект (стимул) как таковой: «Мы так привыкли жить в мире объектов, мы так привыкли облекать мысль в популярные выражения, что нам трудно усвоить чисто психологическую точку зрения на интенсивность ощущения и рассматривать сознание так, как оно есть, независимо от его отношения к объективному миру» [120, 169].

«Чисто психологическая точка зрения» означает, по Э.Титченеру, что испытуемый не должен говорить «я вижу книгу или лампу», он должен описывать лишь ощущения, которые возникают в сознании при восприятии внешнего объекта — книги или лампы (светлое, темное и т.п.). Поэтому испытуемый — если он хочет заниматься научными исследованиями сознания — должен быть натренирован на выделение сенсорной мозаики образа (Э.Титченер предполагал, что таким образом можно добиться большей объективности в научных исследованиях субъективного мира). Из ощущений, как из кирпичиков, складывается все содержание нашей душевной жизни, в том числе более сложные мыслительные образования. Он называл свой вариант интроспективной психологии структурализмом (понимая под структурой фактически сумму субъективных элементов в сознании).

1 В качестве свойств ощущений Э.Титченер выделял качество, интенсивность, отчетливость и длительность.

Э.Титченер в принципе был согласен с «концентрической моделью» В.Вундта, однако, с его точки зрения, она не учитывала возможных изменений состояний сознания во времени. Поэтому он представлял сознание в виде «двухуровневого» потока (рис. 5), верхний «уровень» которого включает в себя ясные содержания сознания, нижний — смутные. Э.Титченер предполагал, что в этом потоке постоянно происходит процесс перехода одних состояний сознания с верхнего на нижний уровень и наоборот 1 .

Перед нами — одна из моделей сознания, предложенная в рамках интроспективной психологии. В основе этого направления лежала декарто-локковская концепция сознания, в которой сознание считалось замкнутым в себе миром субъективных явлений. Так понимаемое сознание выступало для В. Вундта и Э.Титченера предметом исследования. Оно изучалось методом особой, изощренной интроспекции, расчленяющей сознание на элементы. При этом сознательное отождествлялось с психическим (существование бессознательных психических процессов отрицалось). Кроме того, для структурализма (впрочем, как и для концепции В. Вундта) характерен отчетливый элементаризм — стремление расчленить сознание на элементы, далее неделимые «атомы» сознания, а затем собрать из них более сложные содержания. При этом поскольку данные элементы имели сенсорную (чувственную) природу, постольку для этого направления интроспективной психологии был характерен отчетливо выраженный сенсуализм (нет никаких сознательных процессов, невыводимых из ощущений и несводимых в конечном итоге к ним). Наличия в сознании иных — несенсорных — содержаний не допускалось. Сами ощущения возникают безо всякой активности со стороны субъекта — как только предмет появится перед глазами (эта позиция может быть обозначена как механицизм). Механицизм чувствуется также в объяснении сложных явлений сознания, возникающих из простых путем установления ассоциативных связей между ними. Впрочем, в концепции В. Вундта кроме ассоциативных представлены и апперцептивные связи, однако для понимания сути этих связей необходимо обратиться к истории возникновения данных понятий в психологии.

Рис. 5. Модель сознания, по Э.Титченеру

1 Далее мы встретимся с метафорой «поток сознания» у В.Джемса. При внешнем сходстве двух терминов у Э.Титченера и В.Джемса имеются существенные расхождения в понимании «течения» сознания. Титченеровская концепция «течения» не выходит за рамки структурализма. Он описывает это течение как перемещение содержаний сознания из одного уровня осознания на другой с течением времени. Для В.Джемса поток сознания — это процесс, функция, активность, характеризующаяся, в частности, избирательностью, субъектностью и т.д.

Источник

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть