ПСИХОЛОГИЯ

Эвристика моделирования в психологии

ru.knowledgr.com

Эвристическое моделирование является психологическим эвристическим, или упростило умственную стратегию, согласно которой люди определяют вероятность события, основанного о том, как легкий это должно изобразить событие мысленно. Частично в результате люди испытывают больше сожаления по результатам, которые легче вообразить, такие как «попадания». Эвристическое моделирование сначала теоретизировалось психологами Даниэлем Канеманом и Амосом Тверским как специализированная адаптация доступности, эвристической, чтобы объяснить нереальные взгляды и сожаление. Однако это не то же самое как эвристическая доступность. Определенно эвристическое моделирование определено как, «как органы восприятия имеют тенденцию заменять ‘нормальными’ предшествующими событиями исключительные в психологическом ‘уничтожении’ этого определенного результата».

Кэнемен и Тверский также полагали, что люди использовали это эвристическое, чтобы понять и предсказать поведение других при определенных обстоятельствах и ответить на вопросы, включающие нереальные суждения. Люди, они верят, делают это, мысленно отменяя события, которые произошли и затем управление умственными моделированиями событий с соответствующими входными ценностями измененной модели. Например, исследование было предложено, который предоставил группе участников с ситуацией, описывающей двух мужчин, которые были отсрочены наполовину час в пробке на пути к аэропорту. Оба мужчины были отсрочены достаточно, что они оба пропущенные полеты, на которых они были заказаны, один из них наполовину час и второе только на пять минут (потому что его полет отсрочивался на 25 минут). Результаты показали, что большее число участников думало, что второй человек будет больше расстроен, чем первый человек.

Кэнемен и Тверский утверждали, что это различие не могло быть приписано разочарованию, потому что оба ожидали пропускать их полеты. Они полагали вместо этого, что истинное объяснение состояло в том, что студенты использовали эвристическое моделирование и таким образом, для них было легче вообразить незначительные изменения, которые позволят второму человеку прибыть как раз к его полету, чем это было для них, чтобы разработать те же самые изменения для первого человека.

История

Это эвристическое было введено израильскими психологами Даниэлем Канеманом (родившийся 1934) и Амос Тверский (1937–96). Они сделали так в лекции в 1979 и также издали ее как книжную главу в 1982.

Моделирование, отличающееся от доступности

Субъективные суждения вероятности о событии, используемом в эвристическом моделировании, не следуют за эвристической доступностью в этом, эти суждения не причина соответствующих примеров в памяти, но вместо этого основаны на непринужденности, с который ситуации, которые не происходили, может быть мысленно моделирован или предположен.

Применение

Теория, которая лежит в основе эвристического моделирования, предполагает, что суждения, склоняют к информации, которая легко предположена или моделирована мысленно. Именно из-за этого мы видим, что уклоны имеют отношение к переоценке того, как причинно вероятный событие могло быть или расширенное сожаление, испытанное, когда легко мысленно отменить несчастье, такое как несчастный случай.

Значительное исследование в области применения heuristic’s моделирования в нереальном рассуждении было выполнено Дэйлом Т Миллером и Брайаном Тейлором.

Например, они нашли, что, если эмоционально отрицательный опыт, такой как фатальная автокатастрофа был вызван экстраординарным событием, таким как кто-то обычно, едет поездом, чтобы работать, но вместо этого двигался; эвристическое моделирование вызовет эмоциональную реакцию сожаления. Эта эмоциональная реакция состоит в том, потому что исключительное событие легко мысленно отменить и заменить более общим, которое не вызвало бы несчастный случай.

Кэнемен и Тверский сделали исследование, в котором двум людям дали лотерейные билеты и затем дали возможность продать те те же самые билеты назад или за две недели до рисунка или за час до рисунка. Они предложили этот вопрос некоторым участникам, ответы которых показали, что они полагали, что человек, который продал его билет за час до рисунка, испытает самое большое упреждающее сожаление, когда тот билет победил.

Кэнемен и Тверский объяснили эти результаты через понимание теории нормы, заявив, что “упреждающее сожаление людей, наряду с нежеланием продать билет, должно увеличить с их непринужденностью воображения себя все еще владение выигрышным билетом”. Поэтому, человек, который недавно продал его билет, испытает больше сожаления, потому что “нереальный мир”, в котором он — победитель, воспринят как ближе для него, чем человек, который продал его билет две недели назад. Этот пример показывает уклон в этом типе размышления, потому что у обоих мужчин была та же самая вероятность завоевания, если они не продали свои билеты и различия времени, в которых они сделали не увеличит или уменьшит эти возможности.

Подобные результаты были найдены с оставшимися в живых авиакатастрофы. Эти люди испытали большую сумму упреждающего сожаления, когда они участвовали в очень изменчивом действии переключающейся последней минуты полетов. Это рассуждалось, что это происходило из-за человека “предупреждение нереальных мыслей, что отрицательное событие было вызвано, потому что это имеет тенденцию делать событие более ярким, и так имеет тенденцию делать его более субъективно, вероятно”.

Заявления

Это эвристическое показало, чтобы быть существенной особенностью клинического беспокойства и его беспорядков, которые отмечены heighted ожиданиями будущих отрицательных событий. Исследование, сделанное Дэвидом Роном и Эндрю Маклеодом, попыталось связать познавательные механизмы, которые лежат в основе этого типа суждения к эвристическому моделированию.

Их результаты показали, что моделирование взволнованного пациента эвристические очки коррелировалось с субъективной вероятностью. Таким образом, что, больше причин взволнованные пациенты могли думать, почему отрицательные события произойдут относительно числа, почему они не произошли бы, выше их субъективное суждение вероятности, что события произойдут с ними. Далее было найдено, что взволнованные пациенты показали доступ увеличения к моделированию, сравненному с пациентами контроля.

Они также нашли поддержку гипотезы что, чем легче это было для взволнованных пациентов, чтобы сформировать визуальное изображение, тем больше субъективная вероятность, что случай произойдет им. Посредством этой работы они ставили целью это главное клиническое значение моделирования, которым эвристические результаты состоят в том, что, чтобы понизить поднятую субъективную вероятность в клиническом беспокойстве, пациенты должны быть поощрены думать о большем количестве причин, почему отрицательные события не будут иметь место тогда, почему они произойдут.

Как это затронуто другой эвристикой

Исследование, сделанное Филипом Броемером, было сделано, чтобы проверить гипотезу, что субъективная непринужденность, с которой может вообразить признак, будет затронута воздействием по-другому обрамленных сообщений на отношениях к выступающим медицинским поведениям.

Привлекая эвристическое моделирование, он утверждал, что живость информации отражена в субъективной непринужденности, с которой люди могут предположить иметь симптомы болезни.

Его результаты показали, что воздействие сообщения, развивающегося на отношения, было смягчено непринужденностью воображения и ясно поддержало гипотезу соответствия для различных видов медицинского поведения. Нахождение, что, отрицательно созданные сообщения привели к более положительным отношениям, когда получатели этих сообщений могли легко вообразить соответствующие признаки. Непринужденность воображения таким образом облегчает убеждение, когда сообщения подчеркивают потенциальный риск для здоровья. Положительное создание, однако, приводит к более положительным отношениям, когда воображение признака было довольно трудным.

Поэтому, сообщение с темой заверения более подходящее настроением получателя, когда он или она не может легко вообразить признаки, тогда как сообщение с вызывающей отвращение темой более подходящее настроением получателя, когда он или она может легко предположить иметь признаки.

Источник

Эвристические модели.

Эвристические модели в социальном моделировании представляют промежуточный этап построения модели. Они, как правило, представляют собой образы, рисуемые в воображении человека.

Эвристическое моделирование — основное средство вырваться за рамки обыденного и устоявшегося. Но способность к такому моделированию зависит, прежде всего, от богатства фантазии человека, его опыта и эрудиции. Эвристические модели используют на начальных этапах проектирования социальных процессов или других видов деятельности, когда сведения о разрабатываемой системе или проблеме ещё неполны и непонятны. На последующих этапах проектирования эти модели заменяют на более конкретные и точные.

Суть метода в том, что создается математическая модель объекта на основе гипотезы о его структуре и функциях. При этом используются имеющиеся в литературе количественные данные и, исходя из качественной гипотезы, путем предположений добавляются недостающие.

Зачем нужна такая модель и чем она лучше словесного описания? Конечно, она не является реальной моделью. Однако создание ее представляется мне неизбежным этапом на пути к реальной модели, а значение состоит в следующем.

1. Она требует более или менее непротиворечивой гипотезы. Противоречия неизбежно вскрываются, когда слова приходится заменять цифрами при построении модели, а также при дальнейшем исследовании готовой модели. Важно, чтобы она вела себя адекватно объекту, по возможности в широком диапазоне режимов.

2. Создается формальный язык будущей реальной модели.

3. Модель четко формулирует задачи для экспериментов: нужно получить определенную количественную информацию для уточнения наиболее спорных вопросов. По мере получения новых экспериментальных данных гипотетическая модель приближается к реальной.

4. Модель можно исследовать вместо объекта, и она позволяет предположить его новые свойства.

5. Наконец, ее можно использовать для управления объектом в тех пределах, где она достаточно точно совпадает с ним.

Рассмотрение социальной реальности при помощи эвристической модели в примитивной интерпретации было предпринято еще Г. Спенсером, когда он сравнивал общество с живым организмом. Эвристика как наука занимается построением эвристических моделей, процесса поиска оригинального решения задачи. Существуют следующие типы таких моделей:

1) Модель «слепого» поиска, которое опирается на метод проб и ошибок.

2) Лабиринтная модель, в которой решаемая задача рассматривается как лабиринт

3) Структурно-семантическая модель, которая исходит из того, что в основе эвристической деятельности по решению задачи лежит принцип построения системы модели, которая отражает семантические отношения между объектами, входящие в задачу.

Условия отнесения модели к эвристическим:

1) Много переменных (количество их определяется назначением модели и наличием данных)

2) Сложные системы иерархичны по своей структуре, содержат множества горизонтальных связей в пределах уровня вертикальных между ними. Переменные на разных уровнях имеют разную специфику и временные характеристики. Все это должно быть представлено в модели, иногда при помощи дополнительных переменных, отражающих качество основных.

3) Как правило, характеристики элементов нелинейные

4) Необходимость обобщать переменные, т.е. заменять несколько переменных одной обобщённой (условной), является неизбежной при моделировании.

5) В эвристических моделях не необходимости в точности вычислений, т.е. ее нет в экспериментальных науках, изучающих моделируемые объекты.

6) Модели должны предусматривать вероятностные расчеты, поскольку в системах / объектах очень много неизвестного, то неизбежно несколько вариантов упущений, существенно влияющих на поведение системы.

Источник

Метод эвристического моделирования

Но все-таки положение не столь безнадежно. Мы предложили метод эвристического моделирования, который усматривает промежуточную ступень к реальным моделям сложных систем. Суть метода в том, что создается математическая модель объекта на основе гипотезы о его структуре и функциях. При этом используются имеющиеся в литературе количественные данные и, исходя из качественной гипотезы, путем предположений добавляются недостающие.

Зачем нужна такая модель и чем она лучше словесного описания? Конечно, она не является реальной моделью. Однако создание ее представляется мне неизбежным этапом на пути к реальной модели, а значение состоит в следующем.

1. Она требует более или менее непротиворечивой гипотезы. Противоречия неизбежно вскрываются, когда слова приходится заменять цифрами при построении модели, а также при дальнейшем исследовании готовой модели. Важно, чтобы она вела себя адекватно объекту, по возможности в широком диапазоне режимов.

2. Создается формальный язык будущей реальной модели.

3. Модель четко формулирует задачи для экспериментов: нужно получить определенную количественную информацию для уточнения наиболее спорных вопросов. По мере получения новых экспериментальных данных гипотетическая модель приближается к реальной.

4. Модель можно исследовать вместо объекта, и она позволяет предположить его новые свойства.

5. Наконец, ее можно использовать для управления объектом в тех пределах, где она достаточно точно совпадает с ним.

Конечно, значимость отдельных пунктов меняется в зависимости от объекта.

Для создания эвристической модели предлагается типовой план :

1. Формулирование цели работы или назначения модели. Например, как этап в изучении объекта, как инструмент управления, для отработки формального языка, для проектирования экспериментов. От цели зависит все последующее.

2. Выбор уровня модели . Все сложные системы построены по иерархическому принципу. Степень обобщенности модели определяется тем нижним структурным уровнем, начиная с которого модель должна воспроизводить объект. Уровень определяется назначением модели, наличной информацией и возможностями ее переработки. Для управления достаточны высокие уровни, для создания новой системы и ее изучения желательны, по возможности, низкие уровни.

3. Формулирование качественной гипотезы о структуре и функциях объекта в пределах, ограниченных целями. Обычно приходится выбирать между несколькими противоречащими друг другу гипотезами. Первый выбор определяется общей точкой зрения авторов. В после дующей работе гипотеза подвергается изменениям, если возникают непримиримые противоречия.

4. Построение блок-схемы объекта. Элементы, подсистемы и связи определяются гипотезой и выбранным нижним уровнем структур.

5. Выбор значимых переменных (ограничение числа связей). Сначала перечисляются все известные переменные для каждого из элементов, потом выбираются значимые согласно гипотезе с учетом поставленной задачи. Так уточняются связи и строится структурная схема объекта, которая становится основой модели.

6. Установление по тем же принципам внешних «входов» системы — сначала определяются все внешние воздействия, потом из них выбираются значимые для поставленных целей.

7. Установление характеристик элементов , т. е. зависимостей «входы» — «выходы» и «время». Это наиболее произвольный и сложный этап работы, так как количественные данные литературы либо противоречивы, либо недостаточны, либо вообще отсутствуют. Статические и динамические характеристики каждого элемента могут быть выражены графиками, алгебраическими или дифференциальными уравнениями, их системами.

8. Отладка модели. Задаются начальные внешние условия, исходное состояние элементов и производится увязка всех характеристик. При этом производится согласование «входов» и «выходов» как целой системы, так и ее элементов. В процессе этой работы обнаруживается противоречивость характеристик некоторых элементов при крайних режимах, требующая коррекций. Иногда возникает и полная невозможность сбалансировать модель, указывающая на непригодность принятой гипотезы. Отладка производится для нескольких граничных условий. Для сложной системы «типа живых» принципиально невозможно создать идеальную модель, так как нельзя повторить все ее низшие уровни.

9. Исследование модели, т. е. просчитывание многочисленных статических и динамических режимов. Это осуществимо только при использовании вычислительных машин. Вначале надо создать и отладить программу, что обычно требует небольших коррекций в самой модели, прежде всего исправления характеристик элементов (например, приведения их к линейным). Само исследование уже позволяет получить новую информацию об объекте, предположить неизвестные дотоле качества.

10. Верификация модели — сравнение характеристики модели и объекта при одинаковых условиях с целью определения достоверности модели и особенно границ ее применимости.

Не буду подробно обсуждать математические проблемы эвристических моделей и ограничусь лишь кратким перечислением условий, связанных с их спецификой:

1. Много переменных. Количество их определяется назначением модели и наличием данных. Так, для физиологических моделей, больше других претендующих на приближение к реальным, количество переменных составляет несколько сотен, поскольку для дальнейшего увеличения их числа просто нет достоверной информации (например, чтобы «спуститься» с уровня органов на молекулярный). Модели интеллекта не рассчитаны на воспроизведение процессов в мозге, но количество «слов», которыми необходимо манипулировать, чтобы доказательно смоделировать мышление человека, видимо, должно исчисляться многими тысячами. Напротив, модель личности можно ограничить сотнями переменных, так как она по своему назначению предполагает высокую обобщенность и связана с ограниченными возможностями лабораторной оценки психики. Другое дело — модели общественных систем. Их объем, видимо, весьма велик.

2. Сложные системы содержат множество «горизонтальных» связей в пределах уровня и «вертикальных» — между ними. Переменные на разных уровнях имеют разную специфику и временные характеристики. Все это должно быть представлено в модели, иногда при помощи и дополнительных переменных, отражающих качество основных.

3. Как правило, характеристики элементов нелинейны. Степени их нелинейности крайне различны, и некоторые точки кривых целесообразно выражать «скачками» (или логическими переключениями), отражающими дискретность в деятельности систем.

4. Необходимость обобщать переменные, т. е. заменять несколько конкретных переменных одной обобщенной (условной), является неизбежной при моделировании. Нужны специальные правила, описывающие, что можно, а чего нельзя объединять. По всей вероятности, они должны основываться на корреляциях показателей.

5. В эвристических моделях точность вычислений не обязательна, поскольку ее нет в экспериментальных науках, изучающих моделируемые объекты. Это очень важное условие. Оно позволяет отказаться от сложных математических описаний. Так, например, можно отказаться в ряде случаев от дифференциальных уравнений в пользу алгебраических и динамику систем рассчитывать по временным тактам. Нелинейные характеристики можно заменять кусочно-линейными приближениями.

6. Модели должны предусматривать вероятностные расчеты. Поскольку в системах-объектах очень много неизвестного, то неизбежны варианты допущений, существенно влияющие на поведение системы. Так, например, в модели внутренней сферы, призванной воспроизводить динамику развития болезни, подобные варианты совершенно необходимы. То же касается моделей общества. Иное дело — искусственный интеллект, который можно создать строго детерминированным.

7. Специфика метода эвристического моделирования выдвигает свои требования к программированию моделей на компьютерах. Программы должны позволять произвольное изменение любой величины, любой характеристики, должны быть гибкими, блочными. Это необходимо для создания самой модели. Задача разработчика программы не ограничивается воспроизведением заданных формул и цифр, часто приходится их заново создавать и вносить поправки в ходе отладки модели с тем, чтобы получить некоторые предполагаемые по гипотезе конечные «выходы».

8. О дискретных и непрерывных моделях. Сложные системы «типа живых» функционируют по программам, в которых скорости различных изменений и превращений меняются в больших пределах, хотя в принципе они всегда конечны. При создании моделей приходится пользоваться обобщениями и масштабами времени, поэтому изменения объектов с большими скоростями воспроизводятся как «скачки» количества или качества. Все это усложняет моделирование, поскольку нужно совмещать традиционные математические методы анализа с логическими.

Создание эвристических моделей требует творческой работы коллектива специалистов в данной области науки и математиков. Те и другие должны проникнуться общими идеями и достигнуть полного взаимопонимания. Роль ведущего в группе определяется не специальностью, а способностью широко охватить предмет и создавать гипотезы. Конечно, нужны также работники-эрудиты, хорошо ориентирующиеся в массе имеющихся фактических данных, программисты, кропотливо отлаживающие сложные программы и готовые в любой момент переделывать их заново в связи с изменением гипотезы.

Эвристические модели приближают нас к теории систем «типа живых», позволяя прогнозировать их поведение, исследовать возможности управления и даже изменения. Более того, эвристические модели обещают совершенно новый аппарат познания. Такие модели систем «типа живых» составляют основу построения в будущем реальных моделей, призванных заменять традиционные книжные модели нашей науки. Разработка эвристических моделей интересна сама по себе, поскольку удовлетворяет чувство любознательности. В самом деле, что может быть заманчивее, чем попытаться заглянуть в механизм работы клетки, целого организма или понаблюдать поведение искусственного «человека»?

Разумеется, реальные модели систем «типа живых», по которым можно было бы создавать новые объекты и даже реконструировать их, дело весьма далекого будущего.

Мне представляется, что для сложных объектов будет целая система действующих моделей — полных (разной степени обобщенности) и частных, в которых будут воспроизводиться детали. Модели эти отразят разные уровни структурной иерархии. Например, можно представить себе действующую модель организма как целого — с его «входами» извне и «выходами» в виде поступков. Наша обобщенная модель личности примерно соответствует этому понятию. Мыслима действующая модель организма на уровне органов — это наша модель внутренней сферы в самом первом приближении. Конечно, в биологии главной должна быть действующая модель клетки как самого низкого структурного уровня, на котором и осуществляются все биологические процессы. Они еще недоступны для моделирования из-за сложности и недостатка сведений.

Как бы ни были сложны модели, они никогда не могут стать копией живой клетки или организма. Поэтому они всегда будут лишь вероятными. Для того чтобы использовать такие модели в целях управления, придется их «привязывать» к объекту или «настраивать» на него, но и в этом случае возможно лишь вероятностное управление с коррекцией эффекта обратными связями. Это примерно то же, что делает человеческий разум в процессе любого функционального акта. Разница лишь в степени эффекта управления.

Действующие модели — аппарат внешней памяти будущего. Они должны заменить книги. Видимо, это будет еще не скоро.

Подведем некоторые итоги рассмотрения проблемы познания или конкретнее — моделирования.

Первое — это выбор цели. Могут быть две категории целей: познание и управление. Первые как будто предусматривают строгую объективность моделей, поскольку стимул для их создания — только истина. Однако люди никогда не руководствуются одним стимулом, всегда есть другие, хотя, может быть, и второстепенные. Кроме того, любой творческий интеллект хранит следы самоорганизации, поэтому в нем есть убеждения, установки, направляющие поиск и искажающие его результаты. Следовательно, не следует преувеличивать объективность чистой науки. Полной объективности разума не существует, к ней можно приближаться постепенным совершенствованием и проверкой моделей. Разумеется, математические модели меньше грешат субъективностью, но так как в моделировании сложных систем всегда присутствует эвристический компонент, то будут и искажения.

Цели управления определяют характер моделей, поскольку они задают критерии — источник субъективности. Диапазон управления велик: от приблизительного направления (незначительного изменения деятельности) до полной переделки или создания новых систем. Так же меняется обобщенность управления: одно дело — модель для управления обобщенным объектом, лишенным деталей и специфики, например, лечение инфаркта вообще, и другое — для управления конкретной данной системой с ее особым набором «нижних этажей».

Второе — обобщенность и детальность моделей. Диапазон обобщений очень велик. Вопрос сводится к масштабам времени и отражению низших структурных этажей, а также и высшей системы, в которую входит данная. Выбор уровня модели определяется ее целями и возможностями получения информации, а также средствами воспроизведения, кодами моделей. К примеру, если моделировать развитие рака, то без генетических механизмов управления клеткой модель будет бесполезной. Для других заболеваний (например, пороки сердца) достаточной будет модель организма, начиная с уровня органов, в которой клеточные механизмы отражены обобщенно, в суммарных характеристиках. Кроме общих моделей есть еще частные, охватывающие одну функцию или часть структуры. Их правомочность зависит от степени автономности — влияний «сверху» и от «соседей» на том же уровне. Если элемент или подсистема очень тесно взаимодействуют с другими, то их отдельная модель неправомочна.

Третье — эвристические и реальные модели. Сейчас невозможно построить достаточно детальную математическую реальную модель ни одной сложной системы. Для этого нет количественной информации. Вопрос лишь в степени эвристики, которая тоже достаточно неопределенная, если не заблуждаться по поводу точности цифр, полученных при исследованиях на современном уровне, когда не учитывается масса факторов. Проверка модели практикой в конце концов повысит ее реальность. Учитывая это, не нужно пренебрегать заведомо эвристическими моделями, ведь только через них — путь к моделям реальным.

Четвертое — коды моделей. Есть традиционный словесный код описаний сложных систем, принятый в биологических и гуманитарных науках. Чем выше уровень структурной сложности модели, тем менее объективна истина в описаниях. Мерами ее повышения являются цифровые, формальные и графические добавления, которые по существу представляют собой включения из частных математических моделей. Путем постепенного увеличения объема этих моделей, построенных с возможной строгостью в смысле собирания информации и ее выражения, с охватом максимума переменных, можно достигнуть сближения с «действующими» математическими моделями на ЭВМ. Именно они представляют тот идеал, к которому следует стремиться, поскольку их можно непосредственно использовать в автоматизированном управлении объектами. Однако машинные модели нуждаются в словесных комментариях хотя бы для того, чтобы их понимали люди. Впрочем, ни одна модель не в состоянии длительно удерживать соответствие оригиналам, если им присуще свойство самоорганизации, особенно в ее высшем проявлении, когда не только меняются характеристики элементов, но появляются новые структуры и устанавливаются новые связи. Модели могут более или менее «угнаться» за такими системами только при постоянном введении в них исправлений и добавлений.

Возникает сложная проблема взаимоотношения самоорганизующегося объекта и такой же самоорганизующейся управляющей им модели. Примерно такие отношения уже существуют в общественных системах: творчество присуще как их «управляющим», так и «рабочим» подсистемам. Но что произойдет, когда в управлении будет участвовать искусственный интеллект очень большой мощности? Неясен также вопрос и конструкции машинных моделей. Наш опыт создания интеллекта на цифровых машинах показал, что их возможности в этом плане ограничены. Возможно, аналоговые устройства или гибриды будут больше отвечать требованиям имитации сложных систем.

Пока реально можно говорить только о моделировании человека очень обобщенными эвристическими моделями, поскольку возможности исследования индивида крайне ограничены, как и методы воплощения моделей.

Предлагаем такие типы моделей и их объект.

1. Модель интеллекта. Цель: воспроизвести механизм человеческого разума, чтобы дополнить аналитический подход психологии синтетическим, сделать эту науку количественной. Приходится рассчитывать только на эвристическую модель, так как в обозримом будущем нет надежды смоделировать мозг из-за его чрезмерной сложности. Нейрофизиология не предложила даже гипотезы, объясняющей психологические феномены, такие, как вера, убеждения, воля. Словесные же определения психологов, мне кажется, очень мало дают для понимания физиологических механизмов.

Проблема искусственного интеллекта вылилась в самостоятельную область кибернетической науки. К сожалению, без гипотезы о сущности мышления и психики все работы по искусственному интеллекту носят частный и прикладной характер. Они имеют практическую ценность, но не приближают нас к пониманию человека.

2. Модели личности. Так я называю очень обобщенные модели интеллекта, которые воспроизводят его «крупные блоки»: критерии (чувства и убеждения) состояния, воздействия среды, собственные суммированные действия у людей разных типов в разных условиях. Такие модели могут иметь ценность для моделирования социальных систем, а также для практической психологии, например, в педагогике, медицине.

3. Модели «тела». Они представляют собой воспроизведение физиологии как в норме, так и в условиях болезни. Физиологические модели получают в последние годы довольно широкое распространение и охватывают все больший объем функций. Наша лаборатория имеет в этом большой опыт, подытоженный в статьях и монографиях.

4. В последние годы мы занимаемся созданием моделей общества . Эта работа представляет исключительный интерес, так как управление сложной и все усложняющейся системой просто невозможно без моделирования. Существующие (многочисленные!) модели обычно ограничиваются экономикой и представляют собой набор линейных уравнений, отражающих балансы вещей: производство — потребление, накопление — траты. Конечно, без них невозможно плановое управление экономикой. Однако без человеческого фактора такие модели недостаточны даже для решения экономических проблем. Производительность труда и спрос сильно зависят от психологии людей. Это относится к любой социальной системе. В наших моделях акцент сделан как раз на «человеческий фактор», чтобы как минимум замкнуть экономику на человека. Мы воспроизводим в моделях обратную связь на экономику в виде стимулов к труду и тратам. Одновременно решаем и социологические задачи — определяем уровень душевного комфорта граждан разных социальных групп.

Источник

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть