ОТНОШЕНИЯ

Отношение паустовского к русскому языку

Константин Паустовский для детей: видеть волшебное в обычном

В детстве я почему-то представляла Константина Паустовского добрым, деревенским стариком с окладистой бородой. Думала, что только такой человек может написать сказку “ Стальное колечко ”.

На самом деле у Константина Георгиевича образованный, интеллигентный вид, и он всегда был любимцем женщин. Говорил, что не может творить, писать, если не чувствует влюбленность , страсть. Как и у Булгакова, у него было 3 брака и все по большой любви. А Марлен Дитрих так восторгалась его творчеством, что встала перед ним на колени в зале, заполненном зрителями.

Высокий интеллект и романтизм, номинация на Нобелевскую премию, убежденность, что писатель должен всё знать. О жизни самого Паустовского можно написать несколько книг, но сегодня я остановлюсь только на одной стороне его творчества — произведения для детей. Мой блог посвящен всё-таки детской литературе.

Некогда читать? Смотри видео:

Дети не очень любят классику, произведения из школьной программы. И некоторые произведения классиков можно было бы и убрать из школьной программы или перенести их на более старшие возраста, но только не Паустовского. Объясню почему.

Константину Паустовскому пришлось начать работать, еще будучи подростком. Отец ушел из семьи, оставил жену с 4 детьми. И чтобы учиться в гимназии, помогать маме, Константин подрабатывал репетитором. Дальше все стало только сложнее.

Первая Мировая война, он берется за любую работу (при этом учится в институте). И трамвай водит, и на санитарном поезде медбратом работает, и на металлургических заводах. И даже с рыбачьей артелью выходит в Азовское море. Но мы же знаем, что всё в жизни происходит не зря. Паустовский говорил, что именно море сделало его писателем. И, действительно, с того времени он начинает писать повесть “ Романтики ” . 7 лет ушло на эту автобиографическую книгу с 1916 по 1923 год. Она о становление его как писателя, о встрече с первой женой Екатериной-Хатидже, с которой прожил он 20 лет.

Окончательно Константин Паустовский решает заниматься только писательством в 1931 году, когда вышла его повесть “ Кара-Бугаз ” и получила признание читателей. А до этого путешествовал по стране, работал редактором в Российском телеграфном агентстве.

Активно писал рассказы и очерки активно печатались, сборник «Встречные корабли» вышел в 1928 году, тогда же был написан роман «Блистающие облака» . Также он пишет для нескольких журналов. И этот журналистский опыт дал Паустовскому такие качества, как привычка ежедневно писать, выбирать из всего информационного потока главное и интересное, а также сознание ответственности за слова, за миллионы слов, которые ты говоришь через бумагу.

Возьмите любую известную цитату Паустовского, любое произведение — это суть, это без воды, без подводок, объяснений и так деле. И дети (а мы говорим сегодня о детской литературе) любят, когда кратко.

Осилить и прочитать небольшой рассказ для детей — это победа, оконченное дело. Но суть рассказов Паустовского от краткости не страдает.

Паустовский — романтик

Он жил в эпоху грандиозных строек, от литературы требовали реализма, но он был романтик. Поэтому и сказки у него удивительные. В них в реальную жизнь добавлено чудо. Его сказки похожи на сказки Андерсена . У того тоже оживали и перо, и чернильница, и другие предметы.

Паустовский видел необычное в обыденном .

Растрепанный воробей ” спасает брошку своей хозяйки. Могло ли такое произойти? Скорее всего, нет.

Девочка Варя из “ Стального колечка ” излечивает дедушку, загадав желание обычному кольцу.

В “ Теплом хлебе ” не говорится прямо о том, что конь волшебный, и что именно конь наслал морозы на деревню, когда мальчик не поделился с конем хлебом. Но мальчик осознал, изменился и произошло чудо — тепло вернулось в деревню.

Сказки Паустовского — разговоры о вечных ценностях на детском языке.

«От маленькой радости смеются, а от большой плачут», — говорит мама, когда воробей Пашка приносит брошку.

Даже если ты маленький, но делая маленькие добрые дела, ты можешь доставить большую радость.

Паустовский воспевал природу

«Нигде на белом свете не может быть так хорошо, как у нас в Моховом. Это же прелесть что такое! Не зря ведь дед Кузьма говорит, что наша земля истинный рай и нету другой такой хорошей земли на белом свете!» — так заканчивается «Стальное колечко»

Он сам любил природу, так как вырос, любуясь на бескрайние, живописные украинские поля

«Любовь к родной стране невозможна без любви к ее природе»

«Люди обычно уходят в природу, как в отдых. Я же думал, что жизнь в природе должна быть постоянным состоянием человека»

Дети тоже близки к природе и любят ее. И нам важно поддерживать эти чувства: любить природу, птиц, животных. “Заячьи лапы”, “Резиновая лодка”, “Барсучий нос” — у Пастовского много рассказов о природе.

О русском языке никто лучше Паустовского не сказал

Паустовский не раз признавался в любви к русскому языку. Он говорил:

«С русским языком можно творить чудеса. Нет ничего такого в жизни и в нашем сознании, чего нельзя было бы передать русским словом»

«Нам дан во владение самый богатый, меткий, могучий и поистине волшебный русский язык»

«Многие русские слова сами по себе излучают поэзию, подобно тому, как драгоценные камни излучают таинственный блеск»

Действительно, слова любовь, благодарность, благородство и другие можно просто произносить без контекста и ощущать прилив энергии. Был такой эксперимент: иностранцам читали произведения русских классиков. Они ничего не понимали, но чувствовали себя лучше, а настроение улучшалось. Такое воздействие имеет русский язык.

Паустовский всю жизнь говорил о том, что надо защищать русский язык от уничтожения, иначе мы теряем свою силу, свою духовность.

И когда наши дети сейчас слышат поток заимствованных слов, иногда не самых лучших, настоятельно рекомендую уравновесить эти слова прекрасным русским языком Паустовского.

В следующий раз расскажу вам о поэтессе, которая написала такие смешные стихи , как “ Собака бывает кусачей, только от жизни собачьей ”, “ Пони бегает по кругу ”, “ Большой секрет для маленькой компании ”. Знаете, о ком я говорю? Напишите в комментариях.

Источник

Паустовский — это не школьное чтение про природу

Константина Паустовского четыре раза выдвигали на Нобелевскую премию по литературе, однако сегодня немногие упомянут его фамилию, перечисляя классиков XX века. Писатель и основатель книжного магазина « Живет и работает » Денис Крюков рассказывает о неочевидной актуальности разнообразного творчества Паустовского, незаслуженно попавшего в гетто природоведения.

Паустовский — не Пришвин

«Я обещал одной газете написать статью о Чехове . Но, начав ее, тут же убедился, что писать сейчас о Чехове в том жанре, какой мы определяем словом „статья“, очень трудно и, пожалуй, почти невозможно… И вот я решил статьи не писать, а обратиться к своим записям на папиросной коробке. Может быть, там где-нибудь и проскользнет то „чувство Чехова“, которое я не могу еще точно определить» (К. Г. Паустовский, « Золотая роза »). Взявшись за текст про Паустовского, я столкнулся с похожей проблемой. А пиетет, испытываемый к фигуре писателя, только усложняет задачу. И все же расскажу о своем Паустовском с одной-единственной целью: показать, перефразируя Мариэтту Шагинян, что жить все-таки легче, когда у тебя есть Паустовский.

Я часто хожу по городу с книжкой в руках, потому что не люблю сумок. Любопытно, что на ту или иную книгу знакомые реагируют по-разному. Отдельный случай — томик Паустовского. Заметив фамилию автора, эти самые знакомые, — а большинство из них далеко не чуждо миру культуры — обычно произносят примерно такую фразу: «Паустовский? Хм. Ну да, ты такое любишь».

Скорее всего, они просто убеждены, что Паустовский — школьное чтение про природу, которое к великим достижениям мировой культуры ХХ века не имеет никакого отношения. Большинство из них, конечно же, не видят разницы между ним и Пришвиным . Но дело не в том, что я не умею подбирать знакомых, а в том, что за последние десятилетия произошла странная переоценка ценностей, коснувшаяся многих советских авторов — и не в последнюю очередь Константина Георгиевича Паустовского.

Знаменитая история о том, как Марлен Дитрих стояла на коленях перед писателем на сцене ЦДЛ, несомненно, интерпретируется нашими современниками исключительно как фанаберия великой певицы, а не как реальная расстановка сил в мире искусства. Тот факт, что Паустовский четырежды номинировался на Нобелевскую премию , тоже рассматривается как политические подковерные игры Запада и Востока. О том, что переводами Паустовского на французский занималась секретарь Матисса Лидия Делекторская (она же была инициатором приезда автора в Париж), вообще не всем известно. В польской «Википедии» Паустовский и вовсе значится как автор для детей и подростков. О том же свидетельствует и «хит для своих» « Паустовский, Бианки и Пришвин » петрозаводской группы «Громыка». И если ансамбль таким образом удачно определяет заповедную зону действия, то сам факт занесения великого писателя в гетто природоведения по-настоящему страшен.

Стилистическая простота и пиратская романтика

Когда мне в 2000 году пришлось впервые попасть в редакцию «Гудка» в Вознесенском переулке, я сразу же обратил внимание на галерею портретов именитых авторов газеты: Олеша , Ильф , Петров , Бабель , Зощенко , Катаев , Грин и, конечно же, Паустовский. Тогда, с завистью глядя в их лица, я тоже считал, что Паустовский — это про природу. Но очень скоро прочитал три тома из « Повести о жизни »: « Время больших ожиданий », « Бросок на юг » и « Книгу скитаний ». Три кирпича литературных баек из жизни 1920–1930-х годов — настоящий клад для любого филолога. По ним можно изучать культурную жизнь того времени.

Поражало в них несколько вещей. Во-первых, какой же грандиозный звездопад случился тогда: десятки мощнейших авторов закаляли сталь, рубили породу и держали строй. Они были пионерами. Во-вторых, интонация Паустовского, сочетавшая в себе стилистически выверенную простоту и пиратскую романтику. Ну и фигура автора, который присутствовал везде и всегда, но был при этом каким-то полупрозрачным: чтобы лучше слышать и видеть. Сам Паустовский писал об этом времени так: «Наши потомки будут, конечно, завидовать нам, участникам и свидетелям великих переломов в судьбе человечества» (« Беспокойная юность »). И я, конечно, завидовал.

Первая книга из шеститомного автобиографического произведения, которое автор писал больше 15 лет
Константин Паустовский — Повесть о жизни. Книга 1. Далекие годы

Будучи в Одессе, мы с товарищем решили зайти в дом-музей писателя. Явно соскучившаяся по посетителям смотрительница заметила в наших взглядах искренний интерес и тут же провела для нас стремительную — в одесском стиле — экскурсию. Вскоре мы поймали себя на том, что многие истории мы как будто уже знали, но сейчас они были рассказаны с некоторыми сюжетными отклонениями. И дело не в том, что смотрительница что-то путала. Просто «Повесть о жизни» — а мы знали эти истории в первую голову именно по ней — не воспоминания в чистом виде. Паустовский писал книгу, где, конечно, жизнь и творчество являются равноценными компонентами авторского метода, но при этом подчинял воспоминания художественному замыслу.

«Большинство ссылается на свое исключительное пристрастие к правдивости, полагая, что писательство — это вранье. Они не подозревают, что факт, поданный литературно, с опусканием ненужных деталей и со сгущением некоторых характерных черт, факт, освещенный слабым сиянием вымысла, вскрывает сущность вещей во сто крат ярче и доступнее, чем правдивый и до мелочей точный протокол» (« Кара-Бугаз »).

Брутальные образы, приключения и великолепный русский язык

Неоправданное занесение Паустовского в своеобразное гетто, по сути, исключает восприятие его творчества как современного ХХ веку. Но возьмем, к примеру, его этапное произведение «Кара-Бугаз». Описывая мертвейшую точку планеты, наводившую ужас на путешественников в течение нескольких столетий, автор использует такие шершавые и неуютные краски, что ты кожей ощущаешь подавляющую неприкаянность места. При этом каждая глава в первой половине книги сработана в разной стилистике, а главный герой появляется только во второй. Настолько странно сбалансированная композиция и запускает двигатель этого сверхсовременного производственного романа, который читается как приключенческая литература и не уступает по брутальности образов текстам Платонова .

Выдающимся экспериментом с приключенческим жанром остается его ранний роман « Блистающие облака ». Тут есть все: отчаянное одиночество, южная романтика, сутенеры, сумасшедшие, драка в пивной, наркотики, убийство утюгом, стрельба, китайский мокрушник и даже американский шпион! Впрочем, подчиняется весь этот остросюжетный хоровод двум константам: «воздушному флоту и литературе». «Блистающие облака» — это литературоцентричный детектив с круто сваренным психологизмом и мощнейшими диалогами, достойными мгновенной экранизации. И мне до отчаяния непонятно, почему эта книга не лежит у изголовья всего молодого поколения нашей страны.

Приключенческий детектив с вкраплениями авторских впечатлений от поездок по Кавказу
Константин Паустовский — Блистающие облака

Многим произведениям Паустовского свойственно «конвертное письмо». Автор упаковывает в них реальные и вымышленные документы, письма, рассказы в рассказе — зачастую опережая высоколобых европейских коллег с их «текстом в тексте». А еще Паустовский — мастер изображения психологических пограничных состояний. В «Блистающих облаках» — это кокаиновая истерика ростовской проститутки. В «Кара-Бугазе» — ежедневные затемнения разума у геолога Шацкого. В «Броске на юг» — описания подступающих галлюцинаторных приступов малярии у лирического героя.

Включение в школьную программу пейзажной прозы писателя, сослужившее ему в итоге дурную службу, на самом деле было попыткой канонизации его как стилиста. И стиль его действительно безупречен: чтение любой книги Паустовского — это погружение в великолепный русский язык. Для меня же есть две критично высокие точки Паустовского: « Созвездие гончих псов » и глава «Стужа» из «Книги скитаний». В обоих случаях автор немыслимым образом увязывает внутренний отчаянный психологизм героев с внешними вроде бы малорифмующимися событиями: атакой франкистов на горную обсерваторию в Испании и смертью Ленина. И в каждом тексте есть емкие строчки, заставляющие меня вытаращенно смотреть на мир:

«Нельзя забывать любящих, лучше их убить, чем забыть»

«Человек не может быть один. Если он один, то только по собственной вине. Только поэтому».

Путешествия и — все-таки любовь к природе

Проза Паустовского обладает еще одним магическим свойством. Про какую бы точку на карте он ни писал, туда начинает тянуть, как пса на охоту. Так я попал в ту же Одессу, Петрозаводск и Старую Рузу. И это свойство отнюдь не случайно. Сам Паустовский не раз отмечал важную роль попутчика («Блистающие облака») и спутника («Кара-Бугаз»), а его книги — величайшие спутники в любом путешествии.

Однажды, начитавшись Паустовского, я не выдержал и рванул в ту самую Мещеру, деревню Солотча, где находится еще один дом-музей автора и знаменитая тропа Паустовского. Там я поселился в заповедном пансионате, бродил среди корабельных сосен и наблюдал с высокого обрыва за течением реки. Да-да, Паустовский и правда великий мастер описания природы. Даже Михаил Михайлович Пришвин писал в своих дневниках, что, не будь он Пришвиным, хотел бы писать как Паустовский. Но не нужно думать, что любовь к природе последнего была своего рода эскапизмом или привычкой к этюдам. «С детских лет одна страсть завладела мной — любовь к природе. Временами она приобретала такую остроту, что пугала моих близких» («Беспокойная юность»). Писать так и столько про природу посреди бушующего ХХ века — смелый и неочевидный шаг для автора подобного уровня.

Константин Георгиевич Паустовский был и остается крайне современным автором. Мало того, он настоящая литературная звезда. А если мы не можем понять значимость ее свечения, то в этом, ребята, виновата только наша оптика. Звезда на месте и имеет следующее астрономическое название: (5269) Paustovskij.

Другие произведения Паустовского

Очерки о русских и зарубежных писателях, от Гиляровского и Бабеля до Эдгара По
Константин Паустовский — Литературные портреты

Паустовский — о русском языке, своем опыте писательства и других авторах
Константин Паустовский — Золотая роза

Источник

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть