ПСИХОЛОГИЯ

Штейнталь грамматика логика и психология

1 Штейнталь х. Грамматика, логика и психология // История языкознания в

очерках и извлечениях. – М., 1960. – С. 114–115.

В. Вундта. Он сделал первую попытку разработать методологию куль-

турно-исторического познания особенностей духа различных этнокуль-

турных общностей. Аналогичные идеи получили дальнейшее развитие

у В. Дильтея, Дж. Г. Мида («интернализация»), Л. С. Выготского («ин-

териоризация»), а также в российской психологии и философии ХХ в.

В качестве важнейших предметов исследования (форм объективации)

наряду с языком Вундт выделял мифологию (религию) и традиции

(обычаи). Фундаментальным положением немецкого ученого являет-

ся тезис о существовании интерсубъективной реальности (или психо-

логической реальности), в плоскости которой функционирует (преж-

де всего в виде деятельности, интеракции) дух народов. Основные

формы объективации и одновременно направления изучения духа на-

родов Вундт охарактеризовал следующим образом: «Язык содержит

в себе общую форму живущих в духе народа представлений и зако-

ны их связи. Мифы таят в себе первоначальное содержание этих пред-

ставлений в их обусловленности чувствованиями и влечениями. На-

конец, обычаи представляют собой возникшие из этих представлений

и влечений общие направления воли».1

Одновременно с разработкой «психологии народов» Вундтом в кон-

це XIX – начале ХХ в. развивалась (прежде всего во Франции) «груп-

повая психология», основной предмет анализа которой – механизмы вза-

имодействия людей в общности. Безусловными лидерами этого направ-

ления были Г. Лебон и Г. Тард. Их труды играли большую роль в пони-

мании внутрикультурных механизмов взаимодействия, способов пере-

дачи эмоциональных состояний и особенностей поведения людей в кол-

лективе. Впервые были выделены конкретные социально-психологичес-

кие феномены, посредством которых осуществляется взаимодействие

людей, – подражание, внушение, психологическое заражение.

Такими были первые шаги в понимании того, как действуют люди

в группе (общности, толпе, коллективе) и человек в группе (общнос-

ти). Дополнительные штрихи в изучение данной проблемы внес аме-

риканский социолог У. Самнер2 (он ввел понятия «этноцентризм», об-

щность «мы – группа», «они – группа»). Анализ особенностей пове-

дения людей в группе (общности) стал важнейшим предметом иссле-

дования психологических антропологов.

Одновременно с изучением социально-психологических механиз-

мов функционирования общностей людей Г. Лебон и другой француз-

ский ученый А. Фулье предложили свои версии «психологии наро-

дов». Фулье в книге «Психология французского народа» показал себя

сторонником полифакторного объяснения национальных психологи-

ческих особенностей. С одной стороны, он активно использует ре-

зультаты Аммона-Лянужа в качестве одного из способов объясне-

ния разнообразия «психологии народов», а с другой стороны, пре-

достерегает от крайностей – от «отождествления развития данного

народа с развитием зоологического вида». Фулье резко критиковал

Лебона за «гимн войне» и изобретение «борьбы за существование

между белокурыми и смуглыми народами, между длинноголовыми

и широкоголовыми, между истинными арийцами (скандинавами или

германцами) и кельто-славянами».1

Фулье отводил значительное место культурно-историческим фак-

торам развития «духа» французов и разрабатывал «психологию на-

родов» на конкретно-историческом примере. Г. Лебон в первой час-

ти «Психология народов» книги «Психология толп» занял позицию,

прямо противоположную позиции Вундта, развивая учение о «пси-

хологических свойствах рас», и показал себя сторонником биоло-

гического детерминизма (в форме социал-дарвинизма) и точных ан-

тропометрических методов изучения данной проблемы.

1 Вундт В. Проблемы психологии народов // Преступная толпа. – М., 1998. –

2 История буржуазной социологии XIX – начала ХХ в. – М., 1979. – С. 86.

«Душа расы» обладает «известным количеством общих психологических особен-

ностей, столь же прочных, как анатомические признаки. Как и эти

последние, психологические особенности воспроизводятся наслед-

ственностью с правильностью и постоянством. При этом, по мнению

Лебона, «устойчивая психическая организация находится в зависи-

мости от устройства мозга». В связи с приведенными положениями

Лебона интересна одна деталь. Он пишет, что «трудно сомневаться в

том, что мозг, его устройство предопределяет душу расы, и хотя на-

учных данных, подтверждающих это положение нет, но лишь пото-

му, что наука еще недостаточно ушла вперед».2

Вся история культурной и психологической антропологии – это вза-

имодействие двух общеметодологических ориентаций: позитивистской

(во всех ее формах) и культурно-исторической. Без учета этой оппо-

зиции невозможно полноценно исследовать ни особенности развития

психологической антропологии 1980-х годов, ни начальный этап ее раз-

вития в 1930–1940-х годах, поскольку основная направленность ее

исследований первого периода носила резко антипозитивистский и ан-

1 Фулье А. Психология французского народа // Революционный невроз. – М.,

2 Лебон Г. Психология народов // Психология толп. – М., 1998. – С. 21.

3 Белик А.А. Культура и личность. – М., 2001. – С. 252.

Источник

ШТЕЙНТАЛЬ, ХЕЙМАН

ШТЕЙНТАЛЬ, ХЕЙМАН (Steinthal, Heymann) (1823–1899), немецкий языковед. Родился 16 мая 1823 в Грёбциге (Анхальт, Германия). Изучал общую лингвистику, философию и ботанику в Берлине; в 1847 за диссертацию по лингвистике получил докторскую степень в Тюбингенском университете; в 1849 защитил квалификационную работу о теории языка В. фон Гумбольдта и философии Гегеля в Берлинском университете. В 1852–1856 изучал китайский язык и африканские языки в Париже. По возвращении в Берлин получил место приват-доцента, а с 1862 – экстраординарного профессора; полным профессором так никогда и не стал, как считается, в силу антисемитизма университетского руководства. На протяжении десятков лет работал в тесном содружестве с Морицем Лацарусом (1824–1903); в 1860 ими совместно был основан «Журнал психологии народов и языкознания» («Zeutschrift für Völkerpsychologie und Sprachwissenschaft). Умер Штейнталь в Берлине 14 марта 1899.

Штейнталь считается основоположником и, наряду с В.Вундтом и А.А.Потебней, наиболее ярким представителем психологизма в языкознании. Психологические взгляды Штейнталя сформировались под сильным влиянием немецкого философа и психолога И.Ф.Гербарта. Одновременно в деятельности Штейнталя получила развитие традиция философии языка, восходящая к И.Гердеру и особенно В.фон Гумбольдту, основные работы которого по философии языка Штейнталь опубликовал со своими детальными комментариями. Основным предметом интереса Штейнталя был язык как проявление психологии народа и «народного духа», что делало его фактическим основоположником этнопсихологии, а в известной степени и этнолингвистики, хотя по сравнению с Гумбольдтом он все более склонялся к изучению индивидуальной психологии.

Научное творчество Штейнталя в основном носило характер синтеза и интерпретации эмпирических фактов, собранных другими учеными, что, впрочем, способствовало сохранению интереса к общей теории языка, во многом утраченного в условиях господства младограмматического эмпиризма. Весьма показательно, что Штейнталь оказал заметное влияние не только на психолога и лингвиста В.Вундта и предшественника современной прагмалингвистики П.Вегенера (1848–1916), но и на Г.Пауля, автора основного и фактически единственного общетеоретического сочинения в рамках младограмматической традиции. Штейнталевский синтез, однако, не был лишен противоречий. Штейнталь сохранил гумбольдтовское понятие внутренней формы языка, далее развитое Потебней, а также остался привержен идеям Гумбольдта о стадиальности в развитии языков, к концу 19 в. ставшим уже анахронизмом. В то же время он решительно отстаивал статус языкознания как познающей, а не оценивающей (в более современных терминах – дескриптивной, а не прескриптивной) науки, признание чего стало одним из важнейших методологических принципов лингвистики 20 в. Штейнталь много размышлял также о месте лингвистики в системе наук, отвергая как натурализм А.Шлейхера, так и логистические подходы. Основные общетеоретические положения Штейнталя были изложены им в книгах Грамматика, логика и психология, их принципы и взаимоотношения (Grammatik, Logik und Psychologie, ihre Prinzipien und ihr Verhältnis zueinander, 1855) и Введение в психологию и языкознание (Einleitung in die Psychologie und Sprachwissenschaft, 1871, 2-е изд 1881).

Штейнталя занимали также проблема происхождения языка. Ученый развивал звукоподражательную теорию в книге Происхождение языка (Der Ursprung der Sprache, 1851); классификация языков, которой посвящена книга Классификация языков как развитие языковой идеи (Die Klassifikation der Sprachen, dargestellt als die Entwicklung der Sprachidee, 1850); лингвистическая типология – монография Характеристика важнейших типов строя языка (Characteristik der hauptschlichsten Typen der Sprachbaus, 1869). Популярностью пользовалась его двухтомная История языкознания со времен греков и римлян со специальным вниманием к логике (Geschichte der Sprachwissenschft bei Griechen und Römern, mit besonderer Rücksicht auf die Logik, 1863, 2-е изд. 1890–1891). Штейнталь занимался также китайским языком и языками манде (Западная Африка).

Штейнталь Г. Грамматика, логика и психология, их принципы и взаимоотношения. – В кн.: Звегинцев В.А. История языкознания XIX и XX веков в очерках и извлечениях, ч. 1. М., 1964
Амирова Т.А., Ольховиков Б.А., Рождественский Ю.В. Очерки по истории лингвистики. М., 1975
Алпатов В.М.История лингвистических учений. М., 1998

Источник

Х. Штайнталь и психологизм в историческом языкознании

На протяжении ряда столетий в лингвистических работах господствовал логицизм, имевший своим истоком античную философскую мысль и исходивший из принципов инвариантности и универсальности семантической (глубинной) структуры предложения и внутренней структуры языка вообще, сыгравший серьёзную роль в выработке достаточно строгих способов лингвистического анализа.

Но в середине 19 в. традиционное логическое языкознание признаётся несоответствующим новым исследовательским целям. Внимание языковедов переключается с проблемы инвариантности внутренней структуры человеческого языка вообще на проблему бесконечного разнообразия отдельных языков. Их не интересует теперь универсальный механизм организации и внутренней устойчивости языков, поиски направляются на доказательство неслучайного характера изменчивости языков, их разнообразия во времени и пространстве, на объяснение причин бесконечного варьирования. Этим и было обусловлено, как уже отмечалось, обращение к наукам, изучающим либо законы биологической эволюции (биология), либо законы, управляющие духовной деятельностью человека и языкового сообщества (индивидуальная и этническая психологии, зависящие от психологии культурная антропология, социология, эстетика и т.п.).

Психологическое направление возникает как реакция на традиционный логицизм и формализм, с одной стороны, и модный, склонный к известной вульгаризации натурализм (биологизм). Завязывается ожесточённая полемика с натурализмом. Язык начинает трактоваться как феномен психологического состояния и духовной деятельности человека или народа, что в значительной степени вытекало из философии языка В. фон Гумбольдта.

Основателем психологического течения в языкознании был видный теоретик и систематизатор Хайман Штейнталь / Штайнталь (1823-1899), известный прежде всего как интерпретатор идей В. фон Гумбольдта и резкий критик и натурализма А. Шлайхера, и основных принципов логической грамматики, особенно в том виде, как она была представлена в «Организме языка» (1841) Карла Фердинанда Беккера (1775—1849). Важнейшими его работами были: «Грамматика, логика и психология, их принципы и взаимоотношения» (1855), «Введение в психологию и языкознание»

(2-е изд. 1881), а также «Происхождение языка» (4-е изд. 1888), «Классификация языков как развитие языковой идеи» (1850), «Характеристика важнейших типов строя языка» (1860), «Произведения В. Гумбольдта по философии языка» (1848), «История языкознания у греков и римлян» (2-е изд. 1890—1891). Им (совместно с М. Лацарусом) был основан (1860) журнал по этнической психологии и языкознанию.

Х. Штайнталь пытался объяснить на основе этих законов происхождение языка и процессы его развития. Он считает несовместимыми специфические для каждого народа категории языка и общечеловеческие категории логики. Внимание сосредоточивается на индивидуальном акте речи как явлении сугубопсихическом.

Х. Штайнталь стремился перейти от явлений индивидуальной психологии к этнопсихологии, т.е. психологии, изучающей «законы духовной жизни» наций, политических, социальных и религиозных общин. Он пытался установить на этой основе связи типов языков с типами мышления и духовной культуры народов. Этнопсихология сводится им к проявлениям «симпатий» между людьми, что делало эту науку крайне необъективной. Формировалось представление о человеке как о говорящем существе, создавшем язык одновременно из своей души и из души слушающего, как о члене определённого национального коллектива, как индивиде, который мыслит одинаково с другими мыслящими индивидами в рамках данного национального единства. Язык трактуется как продукт сообщества, как самосознание, мировоззрение и логика духа народа. Предлагается рассматривать язык, а также нравы и обычаи, установления и поступки, традиции и песнопения как продукты духа народа.

Проводится различение речи (говорения) как происходящего в настоящее время проявления языка; способности говорить, включающей в себя способность издавать артикулируемые звуки и совокупное содержание предшествующего языку и подлежащего языковому выражению внутреннего мира; языкового материала как созданных речевой способностью в процессе говорения воспроизводимых элементов (или действий) для выражения отдельных внутренних предметов. Отдельный, конкретный язык рассматривается как совокупность языкового материала какого-либо народа. Утверждается приоритет речи как деятельностного начала.

Предлагается видеть в языкознании познающую (т.е. описательную и объяснительную), а не оценивающую (т.е. предписывающую, нормализаторскую) науку. Обращение к оценочным, эстетическим критериям допускается лишь в метрике и в работе по классификации или систематизации языков как продуктов ума и орудий умственного развития.

Языкознание относится к числу психологических наук (в связи с определением речи как духовной деятельности), а отдельные языки объявляются особыми продуктами человеческого ума и причисляются к истории, к собственно языкознанию. Языкознание оценивается как наилучшее введение в психологию народов. Поэтому предлагается отказаться от слов организм, органический в их естественнонаучном значении и рассматривать язык как связную систему, все части которой однотипны, как систему, проистекающую из единого принципа, индивидуального духовного продукта, единство которого заложено в своеобразии народного духа.

Психологизм становится господствующим методологическим принципом языкознания второй половины 19 в. и первых десятилетий 20 в. Лингвопсихологические идеи Х. Штайнталя оказали влияние на А.А. Потебню, И.А. Бодуэна де Куртенэ, на младограмматиков. Психологический подход превратился в инструмент для понимания сущности различий между языками и в формальном, и в содержательном аспектах и специфики их исторического развития.

Но наблюдались многочисленные попытки иного его истолкования. А.А. Потебня развил оригинальную лингвопсихологическую концепцию, которая легла в основу деятельности Харьковской лингвистической школы. Психологом и психофизиологом Вильгельмом Вундтом (1832-1920) был

предпринят свой опыт создания психологии народов. Младограмматики переориентировались с этнической психологии на индивидуальную, лишая тем самым исследование языка социальной ориентации.

Многие представители фортунатовской школы стремились заменить психологический (содержательный) подход к анализу языковых фактов формальным. Психологизм выступил в сочетании с социологизмом в работах многих представителей бодуэновско-щербовского направления, у Ф. де Соссюра, у представителей Женевской школы и французской школы социологического направления. Отход от психологизма и возвращение к логицизму наблюдался в глоссематике Л. Ельмслева, а также на поздней ступени развития американского дескриптивизма. И, напротив, возвращение к психологизму наблюдается в позднем генеративизме и в функционально-деятельностном (антропологическом) языкознании.

Дата добавления: 2014-01-04 ; Просмотров: 398 ; Нарушение авторских прав?

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

Источник

[njwa_button id="1161"]
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть
Adblock
detector