ПСИХОЛОГИЯ

Штерн в дифференциальная психология 1911

ВВЕДЕНИЕ

Необходимость создания научной психологии индивидуальных различий в равной мере обусловлена как теоретическими потребностями, так и требованиями практической культуры.

1. ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ КАК ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ НАУКА

До недавнего времени научная психология ориентировалась только на разработку проблем с общих позиций. В исследованиях обращались к основополагающим элементам, из которых строится вся психическая жизнь, и к общим законам, которым подчиняются все психические процессы; в поисках общего и совпадающего не учитывалось всё то бесконечное многообразие, в котором проявляется сущность психического у разных личностей, народов, сословий, полов, типов и т.д.; результаты

Подобное абстрагирование оправдано, поскольку оно проистекает из понимания ограниченности наших возможностей; однако забывая, что имеем дело именно с уровнем абстракций, мы могли бы действительно утвердиться в мысли, что все проблемы, составляющие душу науки, возможно решить с позиций общего подхода. Эту опасность, длительное время грозившую психологии, сегодня можно считать преодоленной. Даже против своей воли при обращении к любой теме исследователь сталкивался с индивидуальными вариациями психического; и если она сначала оценивалась как источник ошибок для обобщённого рассмотрения, то в конечном счете (как это уже было в истории науки) из самого источника ошибок возникла проблема. Было признано, что дифференциация психического имеет такое же право на психологическое изучение, как и общепсихологические закономерности и факты. Таким образом, само изучение психики привело к выделению дифференциально-психологического аспекта. В большинстве случаев, правда, речь шла только о побочных продуктах собственно общепсихологического анализа; исследований, исходно нацеленных на проблемы дифференцирования, все еще недостаточно, и процесс сознательного отграничения дифференциальной психологии от общей начинается лишь в наши дни. Данная книга служит преимущественно решению этой задачи.

Источник

Штерн в дифференциальная психология 1911

По чисто научному и философскому содержанию значимость всех вышепредставленных проблем совершенно равноценна общепсихологическим. Однако дифференциальная психология должна исследовать закономерности содержаний более узкого объема — существенное качество и функции определенных индивидуальных вариантов. В этом смысле она становится действительно «специальной» психологией темпераментов, характеров, способностей или даже отдельного темперамента, отдельной способности; она исследует весь спектр разделений одной функции на типы и ступени, устанавливает особые связи между вариациями нескольких функций; она изучает психическую дифференцированность внутри разных сословий, наций, полов или дает обобщенное психологическое описание определенного сословия или народа, или пола. Пока еще исследования носят номотетический характер, но они уже исчерпывают себя в этих узких границах и тем глубже, чем более дифференцирована группа, подлежащая изучению, от ее окружения, чем специфичнее вид типа, суть которого должна быть определена. Значимость «особенного» в «общем» становится все большей, и цель достигается только тогда, когда научной проблемой становится сама отдельная индивидуальность.

Индивидуальность всегда означает единичность. Каждый индивид — это картина нигде и никогда больше не существующая в идентичной форме. Конечно, на него воздействуют определенные закономерности, в нем воплощаются определенные типы, его можно во многих отношениях сопоставить с другими индивидами, но он не целиком растворяется в этих обобщающих закономерностях, типах и уравнениях, всегда остается тот «плюс», то содержание, которым он отличается от других индивидов, подчиняющихся тем же законам и относящихся к тем же типам. Таким образом, индивидуальность — это асимптома науки, ищущей законы.

Каким должно быть отношение дифференциальной психологии к подобному положению дел?

Если действительно, как это хотелось бы представить некоторым теоретикам, единственная задача науки — поиск общезначимого, тогда не может существовать никакой психологии единичной индивидуальности. Но мы, однако, знаем (благодаря работам Виндельбанда и Риккерта), что эта попытка связать, как смирительной рубашкой, всю науку вообще четко заданными и перенесенными из естествознания методам исследования, должна быть отвергнута. Идиографический подход, который занимается не общим, а особенным, историческим, равноправно противостоит номотетическому. Выбор того или другого метода не связан с разделением наук на естественные и гуманитарные; скорее в каждой науке есть области, исследования которых требуют постановки вопросов как номотетического, так и идиографического характера.

Источник

«Дифференциальная психология и ее методические основы» Вильяма Штерна

Активное развитие психологии как науки и практики во второй половине 19 века привело к необходимости создания методологического раздела психологических исследований, позволявшего научно описать различия между людьми как некоторые закономерности. Эта задача была блестяще решена немецким ученым Вильямом Штерном.

В 1900 году появилась первая редакция книги Штерна по дифференциальной психологии «Психология индивидуальных различий» («Uber Psychologie der individuellen Differenzen»). Книга была переведена на многие языки и многократно переиздавалась.

Фундаментальный труд Вильяма Штерна «Дифференциальная психология и ее методические основы» (1911) — ярчайшая страница психологической научной мысли. Опубликованный более столетия назад он не только не потерял своей актуальности, но до сих пор по глубине и широте постановки и решению проблем дифференциальной психологии опережает все, что написано многочисленными методологами.

Вильям Штерн не только дал название новому направлению, определил предмет и методы дифференциальной психологии, но и наметил перспективы развития дифференциально-психологических исследований, а также удивительно прозорливо сформулировал предостережения ученым, которые будут строить новую науку.

Содержание

Дифференциальная психология как теоретическая наука

Прежде всего, Штерн обозначает теоретические основы дифференциальной психологии. «Дифференциальная психология, подобно общей, — наука, выходящая на всеобщие значимости, однако это значимости совсем иного рода. Она должна, прежде всего, исследовать те формальные закономерности, которые определяют реальность психического варьирования» (с.12). «Область науки, которой мы пытаемся дать определение, должна иметь своим предметом не только межиндивидуальные различия, но и различия между народами, сословиями, полами, возрастами и т.д., короче, весь круг проблем дифференциации» (с.12).

Давая краткий исторический обзор, Штерн проводит связь между дифференциальной психологией “Характерологией” (Базен, Люка), “Этологией” (Милль), “Индивидуальной психологией” (Бине, Анри, Крепелин и др.), «Специальной психологией» (Хейманс). Все эти исследования включаются в дифференциальную психологию как подразделы. Главной же задачей новой ветви науки является поиск закономерностей частного характера и их системное описание.

«Категория психической вариабельности (изменчивости) требует точного определения: предстоит наполнить содержанием понятия вариации, индекса вариабельности, ковариации; рассмотреть виды вариаций, типы и ступени; точно определить суть нормального, супер и субнормального. Подобного же поиска общих ориентиров требует понятие корреляции, означающее связь нескольких вариативных рядов, и подводящее к определению самой структуры индивидуальности. Особый ракурс приобретает и вопрос о причинности: следует спросить, какова роль в возникновении психических различий, с одной стороны, внутренних (наследственности, предрасположений), с другой стороны, внешних (влияния окружающего мира, воспитания, эталонов и норм и т.п.) причин. Наконец, изучение того, насколько внешне воспринимаемые психические проявления можно считать характерными признаками имманентных психических особенностей, ведет к обоснованию дифференциальной симптоматологии» (с.12).

Каким должно быть отношение дифференциальной психологии к общим законам и к уникальным случаям? Штерн видит методологическое решение этой проблемы как выбор адекватных конкретной задаче подходов психологического исследования: в каких-то описаниях лучше использовать номотетический подход, в каких-то наиболее продуктивным и точным будет идеографический подход.

«Если действительно, как это хотелось бы представить некоторым теоретикам, единственная задача науки — поиск общезначимого, тогда не может существовать никакой психологии единичной индивидуальности. Но мы, однако, знаем (благодаря работам Виндельбанда и Риккерта), что эта попытка связать, как смирительной рубашкой, всю науку вообще четко заданными и перенесенными из естествознания методам исследования, должна быть отвергнута. Идиографический подход, который занимается не общим, а особенным, историческим, равноправно противостоит номотетическому. Выбор того или другого метода не связан с разделением наук на естественные и гуманитарные; скорее в каждой науке есть области, исследования которых требуют постановки вопросов как номотетического, так и идиографического характера» (с.13).

Штерн видит перспективу развития дифференциальной психологии в соединении биографических методов с естественнонаучными, «поскольку сравнение большого числа точно психографически описанных индивидов дает самый лучший материал для исследований вариаций, корреляций, типов и др.» (с. 13).

«Индивидуальность всегда означает единичность. Каждый индивид — это картина нигде и никогда больше не существующая в идентичной форме. Конечно, на него воздействуют определенные закономерности, в нем воплощаются определенные типы, его можно во многих отношениях сопоставить с другими индивидами, но он не целиком растворяется в этих обобщающих закономерностях, типах и уравнениях, всегда остается тот «плюс», то содержание, которым он отличается от других индивидов, подчиняющихся тем же законам и относящихся к тем же типам. Таким образом, индивидуальность — это асимптота науки, ищущей законы» (с.12).

Дифференциальная психология как прикладная наука

Большой интерес к дифференциальной психологии был связан с решением практических задач в педагогике, медицине, искусстве и творчестве. В.Штерн пытается гармонично соединить науку и практику. Дифференциальная психология должна развиваться как прикладная наука и в этом развитии она должна перед собой поставить две цели: познание человека (психогностика) и обращение с человеком (психотехника).

Что касается психогностики, то «существует два условия получения знания о человеке: • во-первых, наличие широкого круга знаний, касающихся исследуемой области психики, как предпосылки выявления спектра возможностей для классификации каждого отдельного случая, • во-вторых, существование надежных средств обследования для установления принадлежности каждого конкретного случая к определенному типу или степени развития качества» (с.15).

Штерн отмечает, что на момент создания дифференциальной психологии как науки и практики оба условия трудновыполнимы по причинам дефектности методологии психологии и неразвитости связи между наукой и практикой.

«Что касается первого условия, то упрощенно-примитивные представления о различиях, имеющихся между нормой и аномалией в проявлении психических свойств, тысячи раз приводили учителей, судей и других практиков к ошибочным выводам. И если в вопросе, касающемся аномальных форм поведения, благодаря растущему участию врача в школьном деле и в судопроизводстве самое худшее, видимо, преодолено, то когда речь идет о явлениях, находящихся в пределах нормы, практик, выносящий суждения об индивидах (т.е. стоящий перед необходимостью отнести их к известным ему типам одаренности, памяти, характера), совершенно предоставлен самому себе. Не зная о всей многосторонности имеющихся представлений, он или склоняется к тому, чтобы рассматривать свое Я как масштаб, по которому измеряется все остальное, или вынужден полагаться на любой принцип классификации, основанный либо на случайном опыте, либо на чьем-то авторитете, либо на априорной конструкции» (с.15).

Говоря о проблеме диагностических средств, Штерн отмечает:«Не лучше обстоит дело и в отношении средств обследования. Педагог использует для своих испытаний достижения школьника, но не определив для себя, какова степень участия в них усвоенного знания, общего интеллекта, особой одаренности, домашних упражнений, он на самом деле не доходит до выявления истинных свойств психики» (с.15).

Психотехника отвечает за практическое влияние человека на человека и нуждается в дифференциальной науке о психике по двум причинам:

• Она должна дать средство для определения границ и возможностей влияния

• Она должна показать какое влияние окажется для конкретного человека наиболее продуктивным

О предыстории дифференциальной психологии

В предыстории нашей науки выделяются два основных течения: характерологическое и психогностическое. Характерологией называют дисциплину, которая стремится свести различия сущности людей к определенным простым основным типам. В качестве отличительной особенности характерологии Штерн выделяет «своеобразное слияние философских гипотез о сути и причинах человеческой природы (характера, темперамента) с эмпирическими исследованиями, ограниченными получением данных повседневного опыта или полудилетантскими подходами к рассмотрению психики».

Штерн подчеркивает тот факт, что развитие характерологии до сих пор находится на достаточно низком уровне, он выделяет как вех труды Галена и Канта. Особо Штерн отмечает труд Банзена (1867), в котором упомянуто название «характерология» и обозначены три главных области логического дифференцирования:

• темпераменты (которые относит к чисто формальным волевым отношениям), • позодиника (выражающая меру способности страдать) • этика (характер в полном смысле этого слова).

«В новейшее время в Германии появились отдельные опыты в области характерологии Штернберга, Люка, Клагеса. Французы же — Малапер, Полан, Фуле, Рибери и др. — обратились к теме классификации и описания характера и темперамента» (с.17).

«Но не следует ожидать, что дифференциальная психология признает характерологию совершенно излишней и заменит ее. Скорее более интуитивная, исходящая сверху манера рассмотрения характеролога и впоследствии будет являться ценным дополнением аналитического исследования психолога; и конечно, еще очень далеко от исполнения оправданного желания, чтобы точная психологическая методика исследования была перенесена на разработку собственно характерологических вопросов. Из двух основных проблем характерологии до сих пор только одна — проблема темперамента — проявила тенденцию стать доступной более точным методам; но к исследованию трудной и фундаментальной проблемы характера современными методами еще только-только приступают. Именно этим объясняется, почему в данной книге тема характера, несмотря на ее важность, может быть лишь едва затронута в контексте обсуждаемых вопросов использования дифференциально-психологических методов» (с.18).

Задача психогностики состоит, с одной стороны, в установлении отношений, имеющихся между определенными, внешне воспринимаемыми состояниями или движениями человека, и его индивидуальным своеобразием, и с другой стороны — в использовании этой выявленной связи для истолкования характера конкретного индивида.

В трех направлениях психогностика приобрела вид достаточно оформленных систем — это физиогномика, френология и графология. Наряду с этим имеется еще целый ряд отдельных опытных исследований. Однако, по мнению Штерна, эти психогностические системы страдают двумя недостатками. «Один из них ситуативной природы, определяется их современным состоянием и поэтому может быть преодолен в будущем — это чрезвычайно неудовлетворительная методика, которая большей частью отвергает элементарнейшие требования научной критики. Другой недостаток принципиальной природы; он заключается в произвольном выхватывании какой-либо одной группы симптомов в качестве единственного средства познания. Эта ошибка делает невозможным преобразование названных любительских занятий в истинно научные» (с.19).

Дифференциальная психология должна стремиться в целях познания психических особенностей обеспечить взаимодействие всех имеющихся средств истолкования; поэтому почерк или выражение лица всегда будут для нее лишь отдельными симптомами наряду со многими другими, а не изолированными объяснительными принципами.

Как подготовительный этап к появлению дифференциальной психологии Штерн выделяет многочисленные течения более узко специального характера.

«Здесь следует назвать многочисленные сочинения о наследственных предпосылках гениальности и об отдельных гениях, о психологии женщины, преступника, расы, т.е. исследования, возникшие в стороне от основного русла развития психологии. Они создаются людьми самых различных профессий и уровней: врачами и художниками, специалистами-любителями и дилетантами и представляют в методике, точках зрения и постановках проблем очень пеструю и неупорядоченную картину. На систематизацию их в нашей области исследования следует надеяться лишь в будущем» (с.19).

«Дифференциальная психология в качестве ответвления общепсихологической науки (категории и виды методов которой были ею восприняты, развиты дальше и изменены в соответствии с новыми требованиями), возникла с конца 19 столетия. Уже в 80-е годы Шарко во Франции и Гальтоном в Англии было основано учение о типах памяти и языка; в 1890 г. в Америке Кеттел впервые предложил метод «умственных тестов»; в 1896 г. появилась работа Бине «Индивидуальная психология» — своего рода программное сочинение новой области; одновременно с этим Баервальд опубликовал свою «теорию одаренности»; в 1890 г. я сам в «Психологии индивидуальных различий» попробовал дать резюме по тогдашнему состоянию разработок и побудить ученых к будущим исследованиям в этой области науки» (с.19).

Штерн отмечает, что складывается международное движение по разработке методологии дифференциальной психологии. Здесь вносят свой вклад Франция, Германия, Америка, Англия, Голландия, Италия, Россия и Венгрия.

Дисциплины дифференциальной психологии

Штерн в своем изложении намеренно избегает деления материала по содержанию, чтобы в возможно более чистом виде вскрыть формальные и общеметодические основы дифференциальной психологии. Это выступает в принципах разделения, на основе которых он получает четыре методологически отличающиеся друг от друга конкретные дисциплины:

Основные понятия

Под «индивидом» Штерн понимает целое, которое заключает в себе множество составных частей, но, тем не менее, не разложимо на эти части (т.е. неделимо). Единство эмпирически проявляется в замкнутости формы, в целесообразности функционирования и в единстве самосознания. Под «индивидуальностью» Штерн понимает индивида как целое в его уникальности.

«Общность людей может также рассматриваться с точки зрения замкнутой целостности в своей особости относительно других: сообществ, т.е. в качестве «коллективного индивида» (причем, вопрос о том, насколько правомерно приписывать общности характер личности, спокойно можно оставить философии)», — считает В.Штерн (с.22).

А. Феномены. Наш опыт или непосредствен или опосредствован. Непосредственный опыт — это явление как таковое, представление, имеющееся у меня в данный момент, например, выражение лица другого человека, которое я вижу сейчас. Чувства другого человека, спрятанные за выражением его лица, правда, не могут быть для меня непосредственно открытыми, а для него самого — могут, выступая, следовательно, принципиально непосредственно познаваемыми.

Внутри феноменальных признаков выделяются психические и физические феномены. Психическими мы называем феномены, являющиеся или могущие быть предметами внутреннего опыта, доступного только самому переживающему: представления, ощущения, чувства, возникающие как в состоянии сознания, так и в бессознательном состоянии (бессознательное представление может перейти в сознательное и тем самым стать предметом внутреннего опыта).

Физическими мы называем феномены, являющиеся или могущие быть предметами внешнего опыта, т.е. общего с другими людьми — это, например, состояние и движение тела человека; сюда относятся также процессы возбуждения, происходящие в живом мозгу, хотя они в предшествующих исследованиях не стали действительными предметами опыта.

Индивид — это больше, чем агрегат психических и физических явлений; чем он является на самом деле, должно быть выражено именно через нефеноменальные признаки. Но тогда эти гипотетические составные части приобретают уже не механический, а персоналистический характер: множественность и расщепленность имеющихся в индивиде феноменов находят свое объяснение и обобщение в признаках индивида как целого, скрытых в нем или реализованных им.

В. Действия. Первый шаг по этому пути ведет от феноменов к действиям. Действия имеют нечто общее с явлениями, но дополнительно — еще и определенную временную реальность, так как существуют только в определенные моменты. При этом они являются не какой-то любой цепью данностей, а фактором, придающий этим данностям единство направления, подчиняющим их одной общей цели. Эта синтетически-телеологическая направленность поднимает, например, действие мышлении над спонтанными приходом и уходом содержаний мыслей или действие переваривать пищи над простой игрой феноменов химического разложения. Дифференциальная психология никогда не может отказаться от предположения об индивидуальной активности, так как в действиях дифференциация людей выступает гораздо резче, чем в феноменах.

С. Склонности. Общая психология «говорит» об ощущениях, представлениях, чувствах, об актах мышления и суждения, о волевых актах — т.е. преимущественно об острых (или актуально проявляющихся в определенный временной период) видах психических переживаний; дифференциальная же психология — об интеллекте, темпераменте и характере, о пред расположении и наследственности, об одаренности и гении, т.е. преимущественно выражениях предрасположенности. Для нас склонность означает скорее формальную способность достигать особым образом определенные, конкретные цели индивидуального самосохранения и развития. Причем, одна и та же склонность может реализовываться очень различными по содержанию средствами.

Психография выдающейся личности позволяет сводить воедино и систематизировать то значимое, что может быть найдено в психических и физических видах поведения, и из этого можно сделать заключение о стабильной внутренней конституции, которая проявляет свою естественную тенденцию в определенных формах самовыражения и саморазвития. Мы поэтому должны будем — отчасти в этой книге, отчасти в ее философском дополнении — подробно рассмотреть, как выявлять индивидуальные предрасположения, какое значение и роль следует им приписывать, как отграничивать их друг от друга и как упорядочивать и, наконец, как объединять в единую структуру индивидуальной энтелехии. Психография, сравнение, выявление вариаций и корреляций имеют общее стремление из рядоположенных отдельных свойств создать иерархическую систему в разной степени связанных друг с другом (теснее — свободнее), общих или специальных, сильно или слабо дифференцированных предрасположений, иными словами — сделать набросок единой картины структуры индивида, своеобразия его предрасположений (энтелехии). Итак, восходящий снизу путь эмпирического анализа заканчивается там, где начинается нисходящий сверху путь философского поиска — в единстве индивидуальной человеческой личности.

Объективный и субъективный типы (по В.Штерну)

Говоря об актуальности выделения субъективного и объективного типов, Штерн отмечает: «Отношение субъекта к объекту проявляется в самых различных психических функциях – в восприятии и взятии на заметку, в суждении и оценке, в желаниях и поступках, — повсюду, где возможно (по крайней мере, теоретически), что преобладание объективного и преобладание субъективного моментов типично различаются» (с.141).

Штерн выделяет различия объективного и субъективного типов в различных областях исследования психики – в области реагирования (ответ на раздражитель движением), в области психофизического измерения порогов раздражения и суждений людей об их собственных отношениях к ощущениям, в области распознавания кратко экспонируемых раздражителей.

Разбирая экспериментальный материал и эмпирические описания своих единомышленников Штерн особо отмечает исследования Пфейффера и и результаты его исследований, в которых выделяется смешанный тип. «Пфейффер применил субъективно-объективную антитипику и для области направления интересов детей. Он просил своих учениц (которым он 3 года преподавал) многократно называть свои любимые стихотворения, книги и учебные предметы. Каждый названный предмет оценивали как «объективный» или «субъективный» и по превалированию тех или иных предметов, названных ребенком, определяли тип его интересов. Оказалось, что кроме выраженных типов встречались и смешанные (называемые в зависимости от преимущественной направленности, объективно-субъективными или субъективно-объективными)» (с.145).

Штерн дает методологические ориентировки для дальнейшего исследования субъективного, объективного и смешанного типов.

Исследователям необходимо решать следующие задачи (с.145-146):

1. Необходимо проверить возможно более различные области, в которых можно количественно измерить отношение субъекта к объекту:

а) ясно ли проявляются различия в степени субъективности или объективности оценки;

в) в каких различных симптомах в одной области результатов они проявляются;

с) имеет ли их изменчивость лишь постепенный или истинно типичный характер.

2. При помощи проверки данных, полученных в различных областях на одних и тех же лицах, лицах, дополнив их результатами подсчетов корреляций необходимо исследовать распределяется ли субъективности или объективность по различным психическим сферам.

3. Надо исследовать, имеют ли подтипы субъективного и объективного типов к области представлений и для других функций.

4. Хорошо было бы посмотреть как объективный и субъективный типы относятся к типам темперамента.

Литература

Штерн В. Дифференциальная психология и ее методологические основы. М., Наука, 1998. — 336с. ISBN 5-02-013-6636-0

Источник

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть